Category: экономика

Category was added automatically. Read all entries about "экономика".

Похоронный бюджет России...

Оригинал взят уmomtomirв http://communitarian.ru/publikacii/rossiya/raskol_v_pravitelstve_-_belousov_i_klepach_priznali_defol

Судя по всему, в стройных рядах российской правящей тусовки,именуемой даже в среде своих апологетов "оффшорной аристократией", зреет раскол. Руководство МЭР  открестилось от похоронного и оккупационного по своей сути проекта бюджета, предложенного Минфином, и открыто заявило Путину о дефолте проводимой в стране политики "нефтяного бобика".

Насколько можно судить, в нелиберальной части российского правительства, хотя бы отчасти свободной от догм «либерального фундаментализма» Гайдара,ЧубайсаКудринаМауЯсина и прочихмладореформаторов, происходят тектонические сдвиги. Пока ещё рано говорить о том, что зреет почва для внутрикланового раскола и радикальной смены откровенно паразитической феодально-олигархической модели «экономики трубы». Однако день ото дня становится всё более очевидно, что в стройных рядах российских либералов, рассматривающих государство как действенный инструмент для безнаказанной расчистки экономического пространства и последующей финансово-экономической колонизации со стороны глобальных корпораций, возникают противоречия.
Судя по всему, среди российских бюрократов, рассматривающих государственную службу инструмент для безнаказанного незаконного обогащения, а саму Россию как трофейное пространство для распродажи оптом и в розницу, имеются те, кто не хочет идти на дно вместе со всеми остальными идеологами превращения России в сырьевую колонию и трофейное пространство для транснационального капитала.
Вполне возможно, что именно этим фактором обусловлена целая череда недавних крайне знаковых заявлений нового Министра экономического развития Андрея Белоусова и его заместителя Андрея Клепача. Именно они всё чаще уже не в завуалированной, а открытой форме дают понять, что реализовывавшаяся на протяжении последних 11 лет «вставания с колен» политика паразитического проедания нефтедолларов узким кругом приближенных к власти сырьевых олигархов и чиновников себя исчерпала окончательно и бесповоротно. 


АНДРЕЙ БЕЛОУСОВ ПРИЗНАЛ ЗАКАТ ЭПОХИ ПРОЕДАНИЯ НЕФТЕДОЛЛАРОВ
Сначала отметился глава МЭР Андрей Белоусов, которого по праву называют первым по-настоящему профессиональным экономистом на посту министра экономики за последние 10-15 лет. В отличие от своих ультралиберальных предшественников, выросших на  принципах «государственного невмешательства» и «рыночного фундаментализма», он способен рассматривать национальную экономику не с точки зрения бухгалтерского баланса, из которого требуется изъять все незапланированные сверхдоходы и законсервировать его нынешнюю структуру. А с точки зрения сложной динамично развивающейся структуры со свойственными ей внутренними производственно-технологическими, информационными и ресурсными связями.
В самом начале октября Андрей Белоусов открыто признал, что для исполнения данных президентом предвыборных обещаний, а также финансирования социальных расходов и силовых ведомств российская экономика должна расти темпами не менее 4-4,5%. Другими словами, Белоусов согласился с оценкой лучших российских макроэкономистов и учёных РАН, которые ещё в 2005г. пришли к выводу, что в условиях колоссальной имущественной дифференциации населения и тогдашних масштабах воровства для поддержания социально-политической стабильности российская экономика должна расти темпами в 5,5%.
Кроме того, Белоусов открыто признал, что Россия стоит на грани пропасти и без внесения кардинальных изменений в курс социально-экономической политики уже в ближайшие несколько лет Россия рискует свалиться в масштабный экономический и общественно-политический кризис. По словам главы МЭР, «два процентных пункта роста – это то, к чему мы сейчас сваливаемся в инерционном варианте, то, что нам дает экономическая конструкция, которая у нас сложилась до кризиса". 

Однако эта величина абсолютно не устраивает правительство. Расчеты показывают, что, двигаясь темпом 2% в год, мы просто не сможем сбалансировать наши социальные обязательства с нашими ресурсными возможностями. Это невозможно. Поэтому для нас стоит задача сейчас, по крайней мере, эту цифру удвоить и выйти как минимум на четыре процентных пункта роста».
Перефразируя слова главы МЭР с «птичьего» языка чиновника, который в силу занимаего положения вынужден придерживаться норм политкорректности, на язык простых граждан, это означает следующее. Во-первых, никаких качественных изменений в самой логике и сути проводимой в стране социально-экономической политики за последние 4 года не произошло. Масштабный обвал российской экономики осенью и зимой 2008-2009г., продемонстрировавший несостоятельность паразитической модели проедания нефтедолларов и архаично-феодальной «экономики трубы», не привёл ни к каким изменениям в приоритетах финансово-экономической политики.
Российские либералы, выступающие в качестве штурмовой пехоты глобального бизнеса в деле расчистки и дальнейшей финансово-экономической колонизации России, по-прежнему продолжают сводить всю макроэкономическую политику страны к изъятию денег из экономики и накоплению валютных резервов, урезанию государственных расходов и отказу даже от минимально необходимой поддержки и регулирования экономики.
Под руководством Шувалова, Дворковича, Силуанова и прочих идейных «гайдаровцев» Россия продолжает изымать под надуманным предлогом борьбы с инфляцией порядка 3-5% ВВП ежегодно и вывозить в виде резервов за рубеж, кредитуя стратегических конкурентов в США и ЕС под 1,5-2% и провоцируя острую нехватку денежного предложения внутри страны. Тогда как российские же компании и банки, неспособные занимать под 15-18% внутри России, вынуждены выходить на зарубежные рынки капитала и занимать там российские же ЗВР под 7-9%. В результате чего только в 2011г. Россия получила чистый инвестиционный убыток по уплате процентов, дивидендов, ренты и прочих доходов на капитал в размере 50 млрд. долл.
Во-вторых, Белоусов открыто признаёт тот факт, что модель «экономики трубы», в рамках которой уже сегодня, даже несмотря на стабильно высокие цены на нефть, свыше 60% населения с доходами менее 17 тыс. рублей находятся в категории бедных и нищих слоёв населения, себя исчерпала. И без радикального отказа от навязанной России ещё в 1990-е годы «Вашингтонскими советниками» теории «рыночного фундаментализма» и перехода к реализации суверенной научно обоснованной макроэкономической политики Россия рискует сначала войти в депрессию, вслед за которой в условиях колоссальной имущественной поляризации населения, коррупции и произвола монополий неизменно последует глубокий социальный и общественно-политический кризис.
Другое дело, что ситуация с возвратом к и без того крайне скромным 4-4,5% роста экономики без кардинального изменения самой структуры экономического роста в лучшем случае позволит оттянуть процесс сваливания России в системный кризис на 2-3 года. Надо напомнить, что на протяжении всех «тучных нулевых», вошедших в историю как период «вставания с колен» и «консервированного роста», наблюдался стремительный рост и расцвет исключительно тех секторов экономики, которые были связаны с извлечением природно-сырьевой ренты и спекулятивным прокручиванием поступающих в страну нефтедолларов и легализацией преступных доходов.
Не стоит удивляться тому, что за последние годы произошла качественная деградация структуры российской экономики и примитивизация факторов её роста – на 85% прирост российской экономики был обусловлен расцветом спекулятивных секторов и «проеданием» нефтедолларов.
За период 2002-2011г. прирост ВВП по официальным данным Росстата составил 51,6%, тогда как объём добавленной стоимости в финансовом секторе (если о таковом вообще уместно говорить в случае с финансовыми спекуляциями) вырос в 3,7 раз, в оптово-розничной торговле - в 2 раза, а в спекулятивных операциях с недвижимость и строительном секторе – в 1,69 и 1,77 раз соответственно. Одновременно с этим в обрабатывающих производствах прирост добавленной стоимости едва дотянул до 34,5%, в сельском хозяйстве -  16,8%, а в системе естественных монополий – менее 10,3%. Тогда как размер добавленной стоимости в рыболовстве сжался на 6,1%, в образовании - на 0,7%, а в предоставлении коммунальных и социальных услуг накопленный спад превысил 1,1%.
В силу занимаемой позиции в вертикали власти Белоусов не стал озвучивать вслух цену президентским обещаниям по удвоению ВВП и говорить о том, какой ценой и за счёт какой примитивизации производства удалось продемонстрировать весь рост российской деиндустриализированной «экономики трубы» в период 2002-2011гг. По сути дела, то что в научном сообществе именуется структурной деградацией экономики, разрушением научно-технического потенциала, качественной примитивизацией производства и превращением в «сырьевую колонию» преподносилось российскими властями и контролируемыми ими СМИ в качестве «вставания с колен», выхода из упадка 90-х и бурного развития отечественной экономики.
Точно также как Белоусов не стал озвучивать вслух во время встречи с президентом Путиным истинную причину столь масштабного обвала производственной активности в последние 1,5-2 года на фоне стабильно высоких и даже растущих цен на нефть. Как член кабинета министров и «человек системы» Андрей Белоусов вынужден играть по правилам и не может сказать вслух президенту, что масштабы коррупции, произвол монополий и беспредел чиновников достигли столь катастрофических масштабов, что просто несовместимы с нормально жизнью страны и как минимум 70% населения. 
На форуме «Россия зовёт!» глава МЭР признал, что по мере сползания мировой экономики в рецессию и развития энергосберегающих технологий потребление нефти в мире будет сокращаться. В купе с исчерпанием сравнительно легко извлекаемых запасов углеводородного сырья на территории России и неспособности запасов на Арктическом шельфе и в Восточной Сибири компенсировать выбытие старых месторождений этообернётся масштабным сокращением нефтедолларовых доходов и исчерпанием паразитической модели «экономики трубы».
По оценке Белоусова, если до кризиса темпы роста производства энергетических товаров в физическом выражении составлял 6-7% в год, и это давало России примерно 2,5% годового роста ВВП, то в перспективе этот фактор превращается в ноль. Более того, "в лучшем случае в ноль. Он может стать и отрицательным. То есть, из драйвера роста энергетический сектор может превратиться в тормоз".
По сути дела, Белоусов озвучил вслух то, о чём уже многие годы говорят лучшие российские макроэкономисты: модель паразитического проедания природной ренты и хищнической эксплуатации научно-технического и производственного потенциала, доставшегося в наследство от СССР, себя исчерпала. Объёмы выпуска наукоёмкой продукции в 3-10 раз ниже, чем 20 лет назад, объём капитальных вложений в высокотехнологичные производства находится на отметке середины 1960 годов (35% от 1990г.), а износ базовой технологической инфраструктуры зашкаливает за 80-85%.

АНДРЕЙ КЛЕПАЧ ОТКРЫТО ПРИЗНАЛ ИСЧЕРПАНИЕ ПАРАЗИТИЧЕСКОЙ МОДЕЛИ «ЭКОНОМИКИ ТРУБЫ»
Буквально на днях, 5 октября, в интервью агентству «Прайм» замминистра экономики Андрей Клепач, известный своим давним противостоянием с Минфином по вопросу изъятия из российской экономики «нефтяной подушки» и поддержания инвестиционного голода в промышленности, сделал очередное знаковое заявление. По сути дела, замминистра МЭР, получивший гораздо больший простор для действий и публичных заявлений после ухода из министерства откровенно ультралиберальной Эльвиры Набиуллиной, во всеуслышание признал пагубность проводимой в стране макроэкономической политики, которая консервирует сырьевую направленность экономики и провоцирует дальнейшую архаизацию производства.
Заявление оказалось настолько искренним, что имеет смысл привести его полностью: "К сожалению, мы много говорим об инфляции, о долге, бюджетном дефиците, но за этим теряется способность действительно обеспечивать развитие реального сектора, обеспечивать изменения в жизни людей, реализовывать серьезные проекты. У нас, как говорил Михаил Ефимович Фрадков, не Минфин при правительстве, а правительство при Минфине, и к сожалению это остается чертой нашей политики сейчас. У нас финансовые вопросы, приоритет бюджетной системы имеют подавляющее господство над другими решениями, только в точечных сферах удается принимать решения».
Другими словами, Андрей Клепач открыто признал то, о чём на протяжении более 15-20 лет неустанно с цифрами в руках говорят лучшие отечественные макроэкономисты. Прежде всего, замминистра чётко указал на коренную неправильность расстановки акцентов и приоритетов финансово-экономического блока Кремля и правительства. Стоящие у руля российской экономикой «гайдаровцы» продолжают реализовывать разрушительную социально-экономическую политику «Вашингтонского консенсуса», предполагающую сдачу финансово-экономического, научно-технического, производственного и, в конечном итоге, политического суверенитета страны.
Вместо того, чтобы заниматься возрождением разрушенной отечественной обрабатывающей промышленности и модернизировать изношенную на 80-85% базовую технологическую инфраструктуру, российские монетаристы в лучших традициях «либерального погрома» 90-х годов прошлого века продолжают сводить всю макроэкономическую политику к накоплению резервов и изъятию нефтедолларов под разговоры о формировании «подушки безопасности» и «борьбе с инфляцией». Финансовый фетишизм российского Минфина, превратившегося наряду с Банком России в основной инструмент  внешнего управления отечественной экономикой со стороны глобального бизнеса и финансовой олигархии Уолл-Стрит, на корню уничтожает все попытки построения инновационной экономики и отраслевой диверсификации промышленности.
Клепач совершенно открыто признаёт, что в России сложилась парадоксальная ситуация, при которой «не Минфин при правительстве, а правительство при Минфине». Говоря простым языком, это означает, чтопрезидент и глава правительства в предвыборном угаре могут заявлять что угодно и раздавать какие угодно обещания относительно модернизации экономики и сокращения чудовищной имущественной пропасти. Однако ключевые решения в области разработки и реализации приоритетов социально-экономической политики и общий вектор движения будут определяться Минфином.
До тех пор, пока процесс принятия решений будет находиться под контролем либеральных сектантов с «бухгалтерским» складом ума, которые на полном серьёзе в качестве основного приоритета деятельности государства считают спасение американской экономики и долларовой пирамиды долгов (заявление Дворковича), то можно не удивляться тому, что в России сложилась типичная двухсекторная экономика.
В которой захлёбывающиеся от притока нефтедолларов добывающие отрасли и прокручивающие их финансовые спекулянты и торговцы соседствуют с загнивающими отраслями обрабатывающей промышленности, ориентирующимися на внутренний крайне ограниченный платёжеспособный спрос. Единственной отличительной чертой российской «экономики трубы», поражённой «голландской моделью», от классической схемы является наличие не менее мощного по размерам третьего паразитического сектора – масштабного рынка коррупции и распила бюджетных средств, в котором оседает от 35 до 60% всех бюджетных расходов.

БЮДЖЕТ НА 2013-2015 ГОДЫ ПРИЗНАН РЕАКЦИОННЫМ И ПОХОРОННЫМ ДАЖЕ МИНИСТЕРСТВОМ ЭКОНОМИКИ

ПОСЛЕДНИЙ ДАВОС? ХОРОШО БЫ....

Версия для печати
Давос: что-то явно пошло не так
23.01.19 09:58 Мировое правительство

Список отсутствующих на форуме в этом году, наверное, более важен, чем список присутствующих. Так, впервые с его создания в 1971 году на нем не было ни одной делегации от американского руководства. Китайский лидер отменил свой визит, премьер-министр Великобритании отказалась от поездки из-за Брексита, а Эммануэль Макрон — из-за "желтых жилетов". Все эти признаки указывают, что в истории о счастливой глобализации что-то пошло не так, быть может, необратимо.

Руководители крупных международных компаний, немногие представители счастливой глобализации, которые каждый год собираются на форуме в Давосе, напрасно пытались сделать хорошую мину: их тревоги никуда не исчезли. Что-то явно пошло не так, быть может, даже необратимо: впервые с начала этих собраний в 1971 году американская делегация не будет участвовать во встречах с самыми богатыми людьми мира в Давосе. Дональд Трамп сначала отменил свой визит в Швейцарию из-за приостановки работы правительства и активного конфликта с Конгрессом, а 18 января потребовал, чтобы его примеру последовал министр финансов Стивен Мнучин (Steven Mnuchin). До этого он отказался профинансировать на деньги правительства поездку на форум Нэнси Пелоси (Nancy Pelosi), лидера демократов в Палате представителей.

Как бы то ни было, на форуме не досчитаются не только Дональда Трампа. Британский премьер Тереза Мэй отказалась от визита из-за Брексита. Эммануэль Макрон в свою очередь сорвал здесь овации в прошлом году, но в этом не поедет туда из-за ситуации с "желтыми жилетами". Китайский лидер Си Цзиньпин, который в прошлом году тоже стал героем форума, выступив в защиту свободной торговли, сейчас посчитал поездку ненужной и отправил вместо себя заместителя Вана Цишаня.

Присутствие готовящейся уйти из власти канцлер Германии Ангелы Меркель и итальянского премьера Джузеппе Конте никак не меняет этого факта. Отсутствие большого числа политических лидеров и его мотивы отражают экономическую, социальную и геополитическую напряженность в современном мире.

Пусть даже после финансового кризиса 2008 года сильные мира сего отказались это замечать, конец консенсуса по глобализации и финансизации мира, набирающий повсюду силу социальный протест против неолиберализма и развал сформировавшегося с падением берлинской стены Pax americana материализуются сейчас у них на глазах, прямо рядом с ними. Миллионы, которые потратила тысяча предприятий-организаторов Давоса, вполне могут быть списаны в убытки: на этот раз у них не получилось оказаться в центре игры. На нынешнем форуме не будет встреч политических лидеров, дипломатических соглашений и даже операций, на которые они могли бы повлиять, чтобы защитить свои интересы.

"Они хотели бы отменить Давос", — отметил Ананд Гиридхарадас (Anand Giridharadas) 17 января в эфире "Блумберг", говоря о Брексите, "желтых жилетах" и приостановке работы американского правительства. "Давос — это семейная встреча людей, которые сломали мир", — говорит бывший обозреватель "Нью-Йорк Таймс" и автор книги "Победители получают все", которая посвящена губительным последствиям неолиберального капитализма. В частности Ананд Гиридхарадас подчеркивает пагубное влияние интернет-гигантов вроде "Фейсбук" и "Амазон": "История нашего времени — это история людей, которые заполучили монополию на прогресс и украли у других будущее. (…) Финансовый кризис должен был бы стать событием, которое меняет все. Тем не менее десять лет назад этого не произошло. Маскарад элиты по поводу "изменения мира" отражает то же мошенничество, которое вызвало кризис и обеспечило социализацию убытков".

Победители глобализации сейчас как никогда подминают под себя все. Так, ежегодный доклад "Оксфам" о неравенстве в мире, который был опубликован накануне саммита в Давосе, вновь проливает свет на беспрецедентное накопление богатств в руках нескольких человек. Сейчас у 27 миллиардеров столько же денег, сколько у бедной половины человечества. Для достижения аналогичного уровня состояния их нужно было 47 в прошлом году и 92 в 2013 году. За год их состояние выросло на 900 миллиардов долларов, то есть на 2,2 миллиарда в день. Параллельно с этим доходы бедной половины человечества сократились на 11%.

Агентство "Блумберг" приходит к аналогичному выводу: за десять лет богатые стали только богаче. Состояние присутствовавших в Давосе 20 крупнейших американских бизнесменов, в числе которых стоит отметить в частности Билла Гейтса (Bill Gates) Марка Цукерберга (Mark Zuckerberg), Джорджа Сороса (George Soros), Джейми Даймона (Jamie Dimon), Генри Крависа (Henry Kravis) и т.д., выросло на 175 миллиардов долларов за десять лет на фоне стагнации средних доходов американских семей, отмечает "Блумберг" (при этом агентство сложно заподозрить в левых взглядах).

Экономисты давно уже рассматривают причины такого беспрецедентного обострения неравенства и социальной несправедливости: выступающая за отсутствие регулирования неолиберальная система и неограниченная конкуренция в обществе привели на фоне активной глобализации и финансизации к сильнейшей деформации мировой экономики в угоду немногим лицам.

Такая ситуация не исправила злоупотребления, которые легли в основу финансового кризиса 2008 года, а только усилила их: во имя спасения мировой экономики покладистая политика Центробанков встала на службу финансовой сферы и поспособствовала ускорению накопления богатств в руках немногих людей, а также усилению неравенства.

Мировые монополии

Очень долгое время международные компании отрицали эту действительность, подчеркивая пользу для всего населения мира, которая якобы должна все это оправдать. Да, средний уровень доходов западных семей стоял на месте уже не первый год. Было разрушение рабочих мест, перенос производства, проигравшие от глобализации группы. Но параллельно с этим развивающиеся страны демонстрировали рост, а некогда находившиеся за бортом народы смогли повысить свой уровень жизни. В этом была польза счастливой и неограниченной глобализации? Более справедливое распределение богатств, конечно же, оправдывало некоторые минусы системы.

Глядя в прошлое, экономисты называют такие аргументы иллюзорными или даже ложными. Хотя общемировой уровень доходов действительно вырос, это связано главным образом с подъемом Китая и Индии, которые в силу значительности своего населения искажают представление международной статистики. На самом же деле цифры рисуют другую картину: стагнация или даже спад среднего дохода семей и небывалое сосредоточение богатств в руках мировых монополий.

В сентябре Конференция ООН по торговле и развитию (ЮНКТАД) выпустила выбивающийся из общей картины доклад о последствиях свободной торговли: "В рамках ограниченного круга предприятий-экспортеров, всего на 1% из них в среднем приходится 57% экспорта страны в 2014 году". По этим же данным, на 5% предприятий-экспортеров страны приходится 80% всех доходов. "Способность предприятий-лидеров мирового производственного сектора формировать больше добавленной стоимости привела к неравенству в торговых отношениях", — отмечает генеральный секретарь ЮНКТАД.

Это отмеченное в развивающихся странах явление существует также и развитых государствах: крошечная часть крупных компаний охватывает основную долю богатств страны, сформировав ситуацию ренты и монополии при поддержке государственных властей. Прекрасным тому примером служит Франция, которая вот уже 40 лет проводит политику привилегированного отношения к главным национальным предприятиям, предоставляя им все права и льготы (об этом в частности говорит последнее исследование "Аттак").

Эти крупнейшие компании практически не ощутили десять лет застоя, которые последовали за кризисом 2008 года. За период с 2010 по 2017 год совокупные доходы главных французских предприятий выросли на 9,3%, а выплачиваемые акционерам дивиденды — на 44%, отмечают в "Аттак". Параллельно с этим они использовали все инструменты "налоговой оптимизации" (у них более 2 500 дочерних компаний в офшорах): их налоги сократились на 6,4% в абсолютных величинах, штат уменьшился на 20%. Руководство же, разумеется, получило "справедливое вознаграждение" за прекрасную работу: оно зарабатывает все больше и больше. "Президенты крупнейших французских компаний зарабатывают в среднем 257 минимальных зарплат в год и 119 средних окладов своих сотрудников", — пишут в "Аттак".

Эти цифры вряд ли будут упоминаться на большом собрании в Версале 21 января, куда Эммануэль Макрон пригласил 150 руководителей крупнейших мировых компаний в преддверии Давоса. Как бы то ни было, они сейчас у всех в головах. Что бы ни говорили бизнесмены, Франция — страна, где большие предприятия могут хорошо зарабатывать. Несмотря на все рассуждения о страшных налогах, на французских миллиардеров приходится 5% всех мировых богачей (больше, чем немцев), тогда как население Франции составляет 1% от мирового. При этом Франции не хватает привлекательности.

"От глобализации кто-то выиграл, а кто-то проиграл. Она сыграла на руку миллионам, сотням миллионов людей. Но есть и проигравшие. Сегодня понятие социальной справедливости приобретает большее значение. В нынешний век социальных сетей мы больше не можем позволить себе оставить людей позади", — согласен с этим основатель и президент давосского форума Клаус Шваб (Klaus Schwab). По его словам, мировая экономика должна стать более "инклюзивной", уделить больше внимания тем, кто остался за бортом, и климатическим проблемам.

Международные организации во главе с МВФ уже не первый год напирают на необходимость выстроить более справедливую экономику и активнее вести борьбу с неравенством. Большие предприятия уже давно подчеркивают свои обязательства в борьбе с потеплением климата и защите окружающей среды. Только вот дальше слов дело не идет.

Новый саммит в Давосе наверняка будет следовать тому же ритуалу. Там опять будут активно обсуждать климат, экологию и социальную справедливость, задвигая в сторону антитрестовые законы и борьбу с мировыми монополиями и сосредоточением богатств, на чем все активнее настаивают экономисты.

Министр финансов Франции Брюно Ле Мэр (Bruno Le Maire) отправится туда через три дня и, скорее всего, прекрасно впишется в общую картину. Он пообещал отстоять свое "видение европейского капитализма", которое нацелено на "борьбу с неравенством и формирование налогообложения будущего". Не сумев добиться от Европы налогов на деятельность интернет-гигантов, он представит французский проект фискальных мер в отношении этих неуловимых компаний. По словам правительства, выбранный вариант должен принести государству порядка 500-600 миллионов евро. Как бы то ни было, одна лишь эта цифра указывает на то, что мы имеем дело, скорее, с политической сделкой с крупными компаниями (государство обращается к ним с такой просьбой во имя общих интересов), а не со справедливым налогом. Именно этого и ждет горстка счастливых победителей глобализации: косметических договоренностей, которые позволят создать видимость перемен перед глазами возмущенной общественности, не меняя ничего на самом деле.

Им так не хочется менять столь выгодную для них тенденцию, что героем саммита в Давосе станет Жаир Болсонару. Именно новому ультраправому президенту Бразилии была доверена честь открыть форум во вторник. По факту, он воплощает в себе все то, что официально отвергает давосская публика: этот гомофоб решил отменить все экологические законы и уже развернул борьбу против общественных прав. Как бы то ни было, не стоит зацикливаться на внешней стороне. Тем более что рядом с ним находится министр финансов Паулу Гедеш (Paulo Guedes), чистой воды продукт чикагской школы. Для адептов Давоса все это — возвращение к корням.

Успокоительная риторика, примирительные обязательства по более эффективной борьбе с неравенством и обещания четвертой промышленной революции (благодаря искусственному интеллекту) — всего этого, тем не менее, может не хватить, чтобы скрыть мировой раскол, растущую геополитическую напряженность и вырисовывающуюся угрозу мировой рецессии или нового финансового кризиса. Причем на этот раз рухнуть может вся система. Такие страхи проявляются в заявлениях многих лидеров, даже если те игнорируют встречу. А что если этот саммит в Давосе станет последним?

http://www.warandpeace.ru/ru/analysis/view/136836/

mediapart.fr

Из БРИКС выпала Б . Бразилия возвращается под крыло США, - СП (фрейм) | ЦентрАзия

Печально, конечно. Как такое стало возможно? Упущения во внешней политике.

13:00 10.01.2019

Россия теряет еще одного союзника
БРИКС рискует лишиться буквы "Б" после перехода Бразилии под крыло США


Дмитрий Родионов
Материал комментируют:
Игорь Рябов
Станислав Бышок

1 января вступил в должность 38-й президент Бразилии Жаир Болсонару, имеющий репутацию правого радикала. Как отмечает "Коммерсант", это событие может означать резкую смену внешнеполитического курса страны, входящей вместе с Россией, КНР, Индией и ЮАР в БРИКС - неформальный союз пяти наиболее быстро развивающихся стран мира.

Правление Болсонару вполне может ознаменоваться выходом Бразилии из БРИКС. Новый бразильский президент объявил: США не только наш основной союзник, но и главный ориентир, как во внутренней, так и во внешней политике. В этой связи конфронтация с Китаем и Россией практически неизбежна.

Во время инаугурации Болсонару торжественно провозгласил, что национальный флаг "больше никогда не будет красным, если только не потребуется пролить кровь за то, чтобы он остался зелено-желтым".

"Сегодня тот день, когда народ начал освобождаться от социализма, от извращенных ценностей, чрезмерного присутствия государства и политкорректности", - заявил новый бразильский лидер. Кроме того, он подверг резкой критике военные маневры России и Венесуэлы и допустил возможность оборонного сотрудничества с США.

"Коммерсант" называет вступление Болсонару в должность "началом нового медового месяца в отношениях Бразилии с США". Об этом также свидетельствуют слова посетившего инаугурацию американского госсекретаря Майка Помпео, который призвал к совместной борьбе с главными союзниками России в регионе - Венесуэлой, Никарагуа и Кубой. "У нас есть возможность поработать плечом к плечу против авторитарных режимов", - заявил он в ходе встречи с главой МИД Бразилии.

Стоит отметить, что Болсонару уже предпринял первые шаги в этом направлении. Так, аппарат президента отозвал ранее разосланные МИД приглашения лидерам стран, которые перечислил Помпео: Венесуэлы, Никарагуа и Кубы. Сам Болсонару назвал режимы в этих странах "диктаторскими".

Кроме того, уже известно о первых назначениях в правительстве, которые не могут не вызывать озабоченности. Сообщается, что среди 22 членов нового кабинета 7 отставных военных, чего не было даже в период военной диктатуры 1964?1985 гг.

Одним из наиболее острых остается вопрос об оборонном сотрудничестве с США и перспективах создания на территории Бразилии американской военной базы. Такую возможность Болсонару не исключил в своем первом телеинтервью каналу SBT 3 января. По его словам, он открыт для обсуждения этой темы для того, чтобы создать противовес влиянию России на территории Венесуэлы.

"В зависимости от того, что произойдет в мире, возможно, придется обсудить этот вопрос в будущем", - отметил он.

Стоит также отметить назначения в финансовом блоке нового правительства, который возглавил министр экономики Пауло Гедес, выпускник Чикагского университета, ученик Милтона Фридмана, профессор Университета Чили в период военной диктатуры Пиночета, банкир, мультимиллионер. Возглавляемое им министерство образовано из трех министерств - финансов, планирования и бюджета, промышленности и внешней торговли.

Сообщается, что уже на этой неделе кабинет министров Бразилии будет обсуждать два пункта из экономической программы Гедеса - планы пенсионной реформы и масштабной приватизации, из которой по политическим соображениям планируется максимально исключить Китай.

При этом КНР остается для Бразилии главным торговым партнером, вкладывающим в латиноамериканскую страну огромные деньги. В последние годы Пекин сильно обогнал Вашингтон, что некоторые политики в Бразилии считают чрезмерным креном в сторону Поднебесной. Сам Болсонару ранее говорил, что китайцы экономически "оккупировали" его страну и обещал бороться с китайским влиянием и налаживать отношения с западными странами.

- Группа БРИКС формировалась как свободное объединение крупных развивающихся или развитых стран, желающих создать экономический и, возможно, политический центр силы, который был бы альтернативным по отношению к западному, в котором доминируют США, - напоминает исполнительный директор международной мониторинговой организации CIS-EMO Станислав Бышок.

- Иными словами, лояльность стран-участниц общему проекту определялась в значительной степени их отношениями с Вашингтоном. Смена власти в Бразилии с социалистической и антиамериканской на право популистскую, ориентированную на США, вполне может привести к выходу страны из БРИКС. Впрочем, формального письма о выходе, возможно, и не будет, что, однако, не помешает Бразилии проводить недружественную политику по отношению к другим государствам БРИКС.

Бразилия вместе с ЮАР изначально представлялись наиболее проблемными странами для организации, учитывая их отдаленное расположение от Евразии и перманентную социально-политическую нестабильность. В том или ином формате БРИКС может продолжить существовать, однако основные интеграционные проекты все-таки будут происходить между Китаем, Индией и Россией в рамках двусторонних и многосторонних соглашений.

"СП": - Возможен ли реальный союз Болсонару и Трампа против России и Китая? Каким он будет? Военным? Политическим? Экономическим? Опасен ли нам такой союз?

- В той части света только США являются глобальным игроком, который может проводить мировую политику. В прошлом веке большую, чем она могла, роль пыталась играть и революционная Куба. Гавана осуществляла поддержку тех или иных левых национально-освободительных движений в Латинской Америке и Африке, но те времена давно прошли. В рамках американского континента по-прежнему действует доктрина Монро, предполагающая исключительное положение США в данном регионе. Другие страны континента, будь то хоть Канада, хоть Бразилия, могут на тех или иных основаниях входить в союзнические отношения с Вашингтоном, однако ровно до той поры, пока это не требует каких-то серьезных экономических, не говоря уже о военных рисках. Если со стороны Вашингтона случится ультиматум, требующий от Болсонару выбирать между США или Китаем и Россией в качестве эксклюзивных партнеров, то решение бразильского лидера предсказать достаточно просто.

Вместе с тем такой ультиматум вряд ли последует, а вот режим наибольшего благоприятствования Бразилии по отношению к Вашингтону, безусловно, будет. Для внешних по отношению к американскому континенту стран такой поворот событий не станет неожиданностью.

"СП": - Китай остается крупнейшим торговым партнером Бразилии. Как разрыв этих связей отразится на экономике страны?

- Речь не идет о разрыве. Экономические разрывы вообще большая редкость в современном глобализированном мире, тем более, если речь идет не о Северной Корее, а о странах, входящих в клуб крупнейших экономик мира. Речь идет скорее о попытке Бразилии диверсифицировать свою экономику. Учитывая нежелание Белого дома тратить лишние деньги на помощь своим союзникам, неясно, насколько при этом Бразилия сможет ожидать каких-то существенных компенсаций.

"СП": - Помпео призывает Бразилию вместе бороться с Венесуэлой, Никарагуа и Кубой, чьих представителей демонстративно не пригласили на инаугурацию. Означает ли это эскалацию напряженности и возможность войны в регионе?

- Куба и Никарагуа сами по себе не представляют для США никакого интереса. Венесуэла же, обладающая самыми большими разведанными запасами нефти - другая история. В течение последнего года в американском экспертном сообществе все чаще поднимался вопрос военной интервенции для смещения правительства Николаса Мадуро.

Проблема, однако, состоит не в том, чтобы сместить Мадуро, а в том, что после этого от США потребуют участвовать в восстановлении экономики страны после длительного социалистического управления. Это, в свою очередь, потребует существенных затрат, на которые Вашингтон пойти не захочет. Уже сейчас значительное число экономических мигрантов из Венесуэлы пробуют найти свое место в более успешных соседних странах, в Колумбии или той же Бразилии. В случае силового смещения правительства и долгого хаотичного переходного периода мигрантов станет еще больше.

Полагаю, наличие отставных военных в новом правительстве Бразилии скорее снижает, чем увеличивает шансы провокации военного конфликта. Угрозы применить силу чаще исходят от профессиональных политиков. Военные же, которым при развитии сценария по силовому варианту, собственно, и придется вести войну, сделают все возможное, чтобы избежать открытой конфронтации.

"СП": - Как Москва и Пекин должны и могут реагировать в случае реального крена Бразилии в сторону США?

- Укреплением двусторонних отношений по экономической и, возможно, военно-политической линиям. Есть определенное понимание, что от разговоров о потере Вашингтоном глобальной инициативы в международных делах до реальной отмены доктрины Монро - путь долгий и в настоящее время чисто гипотетический.

Руководитель экспертной группы "Крымский проект" политолог Игорь Рябов считает выход Бразилии из БРИКС вполне возможным.

- Бразилия возьмет курс на сближение с США. Будет как Панама. Для многих латиноамериканских стран это нормально: то отдаляться от США, то сближаться с ними. Самый яркий пример - Чили. Проблема не в том, что глобальный экономический союз БРИКС потеряет одну букву, а в том, что Бразилия может потерять контакты с Россией и Китаем.

"СП": - Можно ли говорить о "новом медовом месяце в отношениях Бразилии с США"? Будет ли это означать союз против России и Китая?

- США сейчас жаждут внешнеполитических побед. В принципе, технология привода к власти в одной из ведущих стран Латинской Америки понятна, и это локальный успех. Проблема в том, что новый президент делает ставку на те финансовые инструменты, которые сузят возможности среднего класса и молодежи, а это может в скором времени обернуться "желто-зелеными жилетами". Американцы не станут дотировать бразильскую экономику. Сейчас звучат лишь популистские лозунги. Посмотрим, какие будут реальные шаги.

Как правило, в результате экономических реформ в латиноамериканских странах очень быстро образуется задолженность. Впрочем, есть один нюанс: нынешняя Америка отличается от прошлых, новый бразильский президент должен будет опираться на внутренние ресурсы. За экспериментом будет интересно понаблюдать. Опять-таки есть примеры Чили, Коста-Рики и Перу, когда реформы приносили неплохой результат. Но они базировались и на социальной поддержке.

"СП": - Новый кабинет министров заявил о том, что будет обсуждать планы масштабной приватизации (из которой по политическим соображениям планируется максимально исключить Китай). При этом в годы правления Русеф, КНР стала крупнейшим торговым партнером для Бразилии, сам же Болсонару называл это "экономической оккупацией". Пойдет ли он на разрыв с Пекином, и чем это грозит?

- Китай останется важным игроком в Бразилии. Он в отличие от американцев имеет государственную стратегию внешних инвестиций. У Китая много возможностей, например, стать спонсором экономических реформ. Бразилия может покинуть БРИКС, но никуда не денется из крепких объятий Китая. Многие страны мира так живут. Политически их задавили США, а экономически - Китай.

Источник - СвободнаяПресса
Постоянный адрес статьи - https://centrasia.org/newsA.php?st=1547114400

undefined

Владимир БОЯРИНЦЕВ, профессор, доктор физико-математических наук, прозаик, публицист, член Союза писателей России

ЦИФРОВАЯ ЭКОНОМИКА И УЧЁНОЕ ПРАВИТЕЛЬСТВО

Руководителями страны, в основном экономистами и юристами, страны, вклад которой в мировую экономику находится на уровне двух процентов, поставлена задача – войти в пятёрку экономически развитых стран, как это было до Февральской революции 1917-го года.

Иными словами: «Вперёд, назад в светлое прошлое!»

Вспомним:

− Доля России в мировой промышленности составляла в 1913-м году, по разным оценкам, от 5,3% (пятое место в мире) до 12,73% (третье место в мире)[. По оценке известного экономиста П.Байроха,  доля России в мировом промышленном производстве в 1913-м году составляла 8,2% и она занимала 4 место после США, Германии и Великобритании» («Экономика Российской империи» – «Википедия»).

При этом не вспоминается советское прошлое, когда страна после ужасных разрушений Великой Отечественной войны устойчиво занимала по экономическим показателям второе место в мире, а по ряду их – и первое место, CCCР входил в число 5 стран мира, способных самостоятельно производить все виды промышленной продукции, известные человечеству, доля СССР в мировом экономическом производстве составляла 20%, теперь 3,3%  («Википедия»).

И никакая судебно-госбезопасная структура не спросит: «Куда всё это дели либерально-демократические правители страны?», «По России, что  “Мамай прошёл”?»

По словам Г.А.Зюганова 61 триллион рублей выведен в оффшоры из России. Он не уверен в том, что нынешнее, «новое» руководство страны, может принять какие-то меры, чтобы закончить это безобразие.

Страной в составе вице-премьеров правительства теперь рулят 2 академика РАН, 6 докторов наук, а самыми «неучёными» в новом составе вице-премьеров, кандидатами наук,  являются премьер Медведев, бывший спортивный деятель Мутко, новый специалист по культуре и спорту Голодец и, естественно, Чуйченко.

«Новому кабинету министров предстоит решить накопленные им же за шесть лет проблемы, а также выполнить задачи, поставленные президентом страны. Согласно указам главы российского государства, в предстоящие годы наша страна должна войти в пятерку крупнейших экономик мира, снизить бедность вдвое, увеличить продолжительность жизни до 78 лет, смягчить последствия демографической ямы для рынка труда, а также улучшить инфраструктуру» (Мария Иваткина «Способно ли правительство Медведева совершить “прорыв Путина”: Старые ошибки в новой реальности».

Здесь не отмечена главная задача – в очередной раз обжулить население страны, введя  новые правила выхода на пенсию, тем самым отблагодарив пожилых избирателей за ту материальную базу, которую они создали, за оказанную президенту поддержку на выборах. Как здесь не вспомнить, что «хорошие дела не остаются безнаказанными» в нашей чиновничье-олигархической стране.

Глава Минфина Антон Силуанов, в свою очередь, заявил, что дополнительные ресурсы в бюджете будут найдены. «В первую очередь, за счёт более высоких темпов роста экономики, усилия для которых мы будем предпринимать в ближайшее время – с одной стороны, с другой стороны – это некоторая переориентация действующих расходов, выделение приоритетов, более чёткое структурирование расходов, чтобы обеспечить дополнительные ресурсы на здравоохранение, образование, на инфраструктуру»

РИА Новости

На эту тему глава думского комитета по бюджету и налогам Андрей Макаров от партии «Единая России» на Санкт-Петербурге экономическом форуме (24-26-го  мая 2018-го года), сказал:

− Всё сводится к поиску денег на финансирование экономического роста, прописанного в майских указах − 8 триллионов рублей, как подсчитала Счётная палата. Покажите мне хоть одного сумасшедшего, кто скажет, что не будет выполнять майские указы, потому что на это нет денег. Но денег нет!...

− Вместо того, чтобы обсуждать, как исправить неэффективную систему госуправления, мы обсуждаем, где взять денег. Но, добавляя в неэффективную систему денег, мы получаем эффективную систему их воровать...

Источник

Кстати, Макаров − тот самый адвокат, который в мае-ноябре 1992-го года представлял в Конституционном Суде Российской Федерации группу депутатов, требовавших признать антиконституционной деятельность КПСС и КП РСФСР.

А пока роль России в системе мирового развития оценивается так:

− В результате радикальной реформы страна отброшена на несколько десятилетий назад, в то время как большинство других стран мира в условиях относительно благоприятной экономической конъюнктуры быстро продвигалось вперед.

Если СССР прочно занимал второе место после США по абсолютному объёму валового внутреннего продукта, то постсоветская Россия оказалась в 1998-м году на 12-м месте, уступив не только семерке ведущих промышленно развитых стран, но и Китаю, Индии, Бразилии и Мексике (Источник).

Сегодня же не спасёт переход на цифровую экономику, так как при отсутствии собственного производства, фактически, нечего оцифровывать.

О роли математики в жизни Советского Союза не надо долго вспоминать: это − полёт Гагарина, межпланетные и орбитальные станции, спутники. А ядерный паритет с США? Его невозможно было бы осуществить, не случись у нас мощного рывка в вычислительной математике, где мы не только сравнялись с США, но и во многом их превзошли (Михаил Захарчук «Тайна академика Келдыша»).

Моментом начала того, что сейчас называют цифровой экономикой, следует считать появление электронно-вычислительных машин, которые совершали операции с числами, получая, передавая информацию, направленную на развитие той или иной отрасли экономики.

Напомним, что трижды Герой Социалистического Труда Мстислав Всеволодович Келдыш, известный в советское время как Теоретик Космонавтики и президент Академии наук, с первых месяцев своего четырнадцатилетнего руководства АН СССР в качестве её президента отводит кибернетике, автоматизации и вычислительной технике первостепенную роль,. в течение многих лет возглавляемый им институт был одним из основных заказчиков ЭВМ в стране. М.В.Келдыш лично вложил много сил в их становление и развитие.

Какова современная тенденция использования вычислительной математики в экономике страны?

В 2017-2030-м годах правительство России реализует программу цифровой экономики... Главной целью программы является создание и развитие цифровой среды, что облегчит решение проблем конкурентоспособности и национальной безопасности РФ.

Подробнее: Investfuture.ru

Принимая во внимание, что отечественная промышленность уничтожается, в развалинах лежат наука, образование, медицина, культура, на первый план выдвигается проблема конкурентоспособности действующих в России иностранных корпораций, а говорить о национальной безопасности в таких условиях – просто смешно, так как всё компьютерное обеспечение остатков российской экономики обеспечивается зарубежной техникой.

Цифровая экономика, – это развитие цифровых компьютерных технологий, в которую входят и электронные платежи, и интернет-торговля, обычно главными элементами цифровой экономики называют электронную коммерцию, интернет-банковскую деятельность, интернет-рекламу, а также интернет-игры и, видимо, интернет-продукты жизнеобеспечения.

Иными словами, это то, что в советское время, в отличие от настоящего, называлось «автоматизацией процессов производства» на основе создаваемой вычислительной техники с использованием советских технологий и вычислительных машин. Разница заключается в том, что «цифровая экономика» не предусматривает создание материальных ценностей, на которое была направлена советская компьютеризация.

Выпускник МИФИ, доктор экономических наук, член-корреспондент РАН − Владимир Иванов даёт наиболее широкое определение: «Цифровая экономика – это виртуальная среда, дополняющая нашу реальность».

Политолог Сергей Михеев: о цифровой экономике:

− Для чиновников это хороший способ сочинить какие-то новые формы отчётности, модными словами закрыть реальные проблемы. Для людей из либерального лагеря это повод, опять же, сказать, что никакой реальной экономики развивать не надо, потому что на самом деле мир якобы ушёл далеко вперёд, давайте не будем заниматься производством и прочими вещами – такой смысл. Это жонглирование модными словами, которое мы наблюдаем довольно долгое время по самым разным поводам. Мы уже слышали ерунду про суперсовременные пенсионные реформы, про суперсовременные реформы муниципального образования, и этим реформам нет конца, на них регулярно кто-то наживается, а эффективность, мягко говоря, оставляет множество вопросов…

У меня есть ощущение, что сейчас этими модными разговорами про цифровую экономику чиновники хотят затуманить нам взгляд на реальное положение вещей и довести до абсурда – что нам вообще никакая экономика не нужна. В лучшем случае это опасная иллюзия, а в худшем – откровенная манипуляция…

Иными словами, в российском варианте цифровой экономики, фактически,  ставится задача:

Цифра – вместо дела!

Г.Г.Малинецкий пишет, что по данным журнала «Электроника», мы покупали 60% всей элементной базы до того, как была начата программа импортозамещения. А вот после того, как она была объявлена, мы стали покупать 90%.

И это открывает новую страницу в российско-американских отношениях: при желании Старшего Брата им может быть получена любая информация, в том числе и совершенно секретная, о состоянии дел и разработок в России, а также в любой момент  может быть уничтожена цифровая экономика.

Вот сообщение из Интернета:

− Министерство обороны России закупает телефоны американской компании Iridium, управляющей системой международной спутниковой связи, за 3,344 миллиона рублей − информация о заказе размещена на сайте госзакупок…

На реализацию планов мероприятий по развитию цифровой экономики потребуется за пять лет более 1 трлн. рублей, при этом трудно даже представить, сколько из них будет украдено, ибо никакие рассуждения о необходимости перехода на «цифровую экономику», не останавливают разворовывание природных ресурсов страны, уничтожение её интеллектуального потенциала, выражающегося в ликвидации учёной среды.

Благодаря цифровизации открываются широкие возможности в шоу-бизнесе: не надо создавать группы-дублёры, надо сделать хорошие цифровые копии исполнителей, и греби деньги большой лопатой! Недаром говорят, что цифровая копия Фредди Меркьюури в 2017-м году заработали большие миллионы долларов.

А политики? Их цифровым копиям не надо отгораживаться прозрачными экранами от участников крупных мероприятий, не надо бояться за испорченный напитками, тухлыми яйцами или гнилыми помидорами дорогущий костюм и всегда можно отказаться от сказанного.

Если в советское время вычислительные машины, занимавшие зачастую большие помещения, использовались для дела, им своими достижениями обязана атомная и ракетная техника, то у современных персональных компьютеров другие задачи, о которых пишет доктор физико-математических наук, профессор, бывший заместитель директора Института прикладной математики (ИПМ) Г.Г.Малинецкий (ИА REGNUM):

− Теперь давайте посмотрим, зачем нужны компьютеры. Они играют важнейшую роль. Но не экономическую. Они играют социальную роль. Они являются убийцами нашего свободного времени. Пять лет назад Институт социально-политических исследований РАН провёл исследование, в результате которого выяснил, что российские мужчины главному  а именно российским женщинам и российским детям − уделяют 45 минут в сутки, а социальным сетям, гаджетам и компьютерам − 4,5 часа…

Подробности: ИА REGNUM

Вот директор  Института математики имени С.Л.Соболева СО РАН, академик С.Гончаров пишет письмо новому министру  Михаилу Котюкову с просьбой не проводить сокращение пятой части учёных института, хотя в других институтах Академии уже не первый год идут сокращения штатов и перевод сотрудников на долю оплаты до одной десятой ставки.

Но не успела идея цифровой экономики внедриться в сознание «россиян», как возникло другое мнение: известный всей стране, как идеолог «отверточного» производства в сфере реальной экономики, ненавистник всего советского Герман Греф, которого с полным основанием можно назвать организатором подлинного импортозамещения в том смысле, что  с его подачи успешно идёт процесс замены российских товаров продукцией иностранных производителей, призвал «не гнаться» за профессией программиста.

Вспомним: Герман Греф, ныне глава Сбербанка, бывший министр экономического развития, идеолог направления по замене российского автомобилестроения производством импортных марок автомобилей, направления, поддержанного В.Путным для судостроения и авиастроения, юрист, учился в аспирантуре, но учёным не стал, зато он − кандидат экономических наук.

Греф так высказался о кадровой политике вождей демократии:

− У нас «век инженеров» – все побежали на инженеров. Закончили ВУЗы, 10% остались работать, все остальные пошли работать продавцами в пивных киосках. Потом у нас «век юристов и экономистов», которые работали официантами...

Но Греф не отметил, что в наше время правительство России состоит, в основном, из юристов и экономистов, выступающих в роли официантов на банкете расхищения страны Мировым Капиталом.

Говоря о программистах, Герман Греф подчеркнул, что они сегодня «не нужны». «У нас огромное количество программистов, с которыми мы боремся», – добавил он.

Греф признал направление «невостребованным», сказав об этом на Всемирном фестивале молодёжи и студентов в Сочи в октябре 2017-го года, передает «РИА Новости», а ведь это человек, который наряду с Чубайсом может рассчитывать на «Гертруду» (звание Героя Труда).

Из Интернета:

Михаил Новиков: Легко рассуждать о нужности / не нужности, когда сидишь на мешке с деньгами. Попробовал бы он сейчас работу найти по своей специальности, без связей в Кремле

При этом не надо забывать, что программа «Цифровая экономика» была утверждена правительством летом 2017-го года.

И уже бывший министр Герман Греф, юрист, имеющий понятия об арифметике в рамках школьной программы, рассуждает:

− Я категорический противник математических школ, потому что это там, где отбирают детей и пичкают их одним монопредметом. Так было в Советском Союзе − и, мне кажется, это не очень хороший опыт…

Видимо, Греф имел в виду экономические достижения Советского Союза, столь ненавистные ему, борьбе с которыми он посвятил жизнь, внедряя в России зарубежное «отвёрточное» производство, для которого достаточно неполного начального образования.

Если этого достаточно для «россиян», то для управления страной нужны псевдо-учёные, так как авторитет науки был всегда высок в нашей стране.

До сравнительно недавнего времени телевидение показывало картинку заседания правительства страны: за длинным столом сидят члены правительства перед компьютерами, готовые в любой момент включиться в ручное управление вверенной им отраслью.

Не надо быть специалистом, чтобы понять – состав вице-премьеров правительства  состоит из современных учёных, не имеющих научных достижений, но имеющих опыт работы в коммерческих структурах, хотя список правительства Медведева похож на состав Учёного совета «престижного» университета, юристов и экономистов.

Впечатление такое, что кандидатом наук − юристом или экономистом может стать человек, имеющий любое высшее образование, даже полученное заочно, так как от этих «специалистов» не требуется никаких научных трудов и знаний в возглавляемых ими отраслях.

Вожди демократии никак не могут определиться с вопросом об учёных степенях чиновников, так в марте 2013-го года Д.Медведев заявлял, что чиновникам диссертации не нужны. По его словам, в России защита диссертаций превратилась в элемент государственной карьеры, и не имеет научного значения.

Помните, как, мягко говоря, протестовал В.Путин против избрания чиновников в Академию наук?

«Если они такие крупные учёные, я буду вынужден предоставить им возможность заниматься наукой, поскольку эта деятельность для них важнее административной», но «Мишенькин совет лишь попусту пропал» (по И.А.Крылову).

Это говорилось в 2016-м году, когда в правительстве Д.Медведева из 32-х министров более50% (19 человек) имели учёные степени:

− член-корреспондент РАН − 1 (Скворцова), она же доктор медицинских наук;

− докторов наук − 5, один из них (Мединский) – дважды доктор наук;

− кандидатов наук − 12;

− магистров − 1 (Дворкович), получивший степень в США.

Как известно, указания президента страны должны быть законом для правительства.

Но, помните, как у Аркадия Райкина говорилось об отношении «на местах» к руководящим указаниям:

– Поступает команда: «Очистить водоём, гибнет рыба в ём».

– А мы сидём, в ус не дуём…

Поэтому интересно посмотреть, что из себя в плане «учёности» в новом составе кабинета министров 2018-го годапредставляют вице-премьеры, не забывая, что сам Медведев является кандидатом наук, а вице-премьеров в правительстве стало больше на одного человека.

Странная создаётся картина, будто бы в очередной раз не выполняются распоряжения президента страны.

Но, оказалось, что для  развития цифровой экономики России нужен ещё 1 миллион новых чиновников, видимо, существующая армия в 6 миллионов не обладает нужной квалификацией, имея в своём руководстве докторов и кандидатов наук. Вспомним, что в РСФСР в 1988-м году было 1,16 миллионов человек, при этом экономические показатели в разы превышали демократические «достижения».

Так возникает мысль, что для успешного продвижения цифровой экономики ею должно рулить полстраны в виде чиновничьего аппарата, а половина этого аппарата должна иметь кандидатские и докторские степени.

Вот вице-премьеры правительства Медведева-2018:

− Антон Силуанов, первый вице-премьер, доктор экономических наук;

− Татьяна Голикова – вице-премьер по социальной политике, доктор

  экономических наук;

− Алексей Гордеев, сельское хозяйство,  доктор экономических наук,

  действительный член РАСХН и академик РАН.

− Виталий Мутко – строительство, кандидат экономических наук;

− Ольга Голодец – культура и спорт, кандидат экономических наук;

− Максим Акимов  − транспорт, связь, цифровая экономика, доктор технических  наук;

− Юрий Борисов − военно-промышленный комплекс, доктор технических наук:

− Дмитрий Козак − промышленность и энергетика, доктор экономических наук;

− Юрий Трутнев – представитель президента Российской Федерации в  Дальневосточном федеральном округе, доктор технических наук, академик РАН.

И только −  Константин Чуйченко – российский политик, заместитель  председателя правительства Российской Федерации − руководитель аппарата правительства, окончивший в составе одной группы юридический факультет Ленинградского университета вместе с Д.Медведевым, учёной степени не имеет.

Впечатление такое, что в скором будущем у нас учёная среда будет состоять исключительно из чиновников, не имеющих отношения к науке, озабоченных созданием собственного благосостояния и международного лубочного образа России, как это успешно делалось во время чемпионата мира по футболу.

А то, что костяк правительства состоит из юристов и экономистов − это процесс закономерный: всегда можно сказать, что его антигосударственная деятельность является не злонамеренной, а это − результат полной некомпетентности его членов, мол, сами не знали, что творили, а с дурака, как известно, какой спрос.

Как писал Леонид Филатов:

А у нас − спокон веков,
Нет суда − на дураков…

Новый мировой порядок. Труд, капитал и идеи в экономике степенных законов, - Э.Бринолфссон, Э.Макафи

Новый мировой порядок. Труд, капитал и идеи в экономике степенных законов, - Э.Бринолфссон, Э.Макафи, М.Спенс
07:59 06.09.2014
("Foreign Affairs", США)

Эрик Бринолфссон (Erik Brynjolfsson), Эндрю Макафи (Andrew McAfee), Майкл Спенс (Michael Spence)

Последние достижения в сфере технологий создали единый глобальный рынок труда и капитала. Способность и первого, и второго к максимально выгодному использованию независимо от местоположения выравнивает их стоимость на разных концах планеты. В последние годы это широкое выравнивание цен на производственные факторы принесло прибыль странам, переполненным дешевыми трудовыми ресурсами, а также тем, кто имеет доступ к дешевому капиталу. Одни считают, что нынешняя эра стремительного технологического прогресса благоприятна для трудовых ресурсов, другие утверждают, что в плюсе капитал. Однако оба лагеря игнорируют тот факт, что технологии не только интегрируют существующие источники труда и капитала, но и создают новые.

Машины заменяют различные виды человеческого труда – гораздо интенсивнее, чем когда-либо. Воспроизводя себя, они одновременно увеличивают объем капитала. Значит, будущее принадлежит не тем, кто предоставляет дешевый труд или владеет обычным капиталом – их будет вытеснять автоматизация. Повезет третьей группе – тем, кто готов внедрять инновации и создавать новые продукты, услуги и бизнес-модели.

Распределение доходов в этом креативном классе обычно принимает форму степенного закона: основную часть прибыли присваивает небольшая когорта победителей, за ними выстраивается длинная очередь из остальных участников. Таким образом, в будущем идеи станут реально дефицитным производственным фактором – более дефицитным, чем труд и капитал вместе взятые, а те единицы, которые смогут предложить действительно хорошие идеи, получат самый большой куш. Обеспечение приемлемого уровня жизни для остальных и строительство инклюзивной экономики и общества станут самыми актуальными вызовами в ближайшие годы.

Трудовые муки

Переверните свой iPhone – и вы прочтете бизнес-план из восьми слов, который обеспечил процветание Apple: "Разработано компанией Apple в Калифорнии. Собрано в Китае". С капитализацией рынка более 500 млрд долларов Apple стала самой дорогой компанией в мире. Варианты такой стратегии сработали не только в случае с Apple и другими крупными глобальными корпорациями, но и с фирмами среднего размера и даже с транснациональными компаниями микроуровня. Все больше компаний используют две главные силы нашей эпохи – технологии и глобализацию, чтобы получить прибыль.

Технологии ускорили глобализацию, коммуникационные и операционные издержки резко снизились, а мир приблизился к единому, глобальному рынку труда, капитала и других средств производства. Труд не обладает полной мобильностью, но другие факторы мобильны во все возрастающей степени. В результате различные компоненты глобальной цепи производства и сбыта легко перемещаются туда, где находятся трудовые ресурсы, без особых проблем и затрат. Около трети товаров и услуг в развитых странах могут быть торгуемы – использованы в международной торговле, и число таковых только растет. Глобальная конкуренция постепенно распространяется на неторгуемый сектор экономики как в развитых, так и в развивающихся странах.

Все это не только повышает эффективность и прибыли, но и создает огромные проблемы. Если работник в Китае или Индии способен выполнять ту же работу, что и работник в США, по законам экономики в конечном итоге они должны получать одинаковую зарплату (с учетом некоторых национальных особенностей товарного производства). Это хорошая новость с точки зрения эффективности экономики в целом, положительно оценят эту новость также потребители и работники в развивающихся странах – но никак не в развитых странах, которые столкнулись с проблемой конкуренции за понижение издержек. Исследования показывают, что торгуемые сектора индустриально развитых экономик сами по себе не создают рабочих мест уже на протяжении 20 лет. Это означает, что занятость сейчас возможна практически только в огромном неторгуемом секторе, где зарплаты снижаются из-за растущей конкуренции работников, вытесненных из торгуемого сектора.

История глобализации продолжается, но грядет еще более грандиозная фаза – история автоматизации, включая искусственный интеллект, робототехнику, 3D-печать и т.д. Превосходя первую по целому ряду аспектов, она больно ударит по относительно неквалифицированным работникам в развивающихся странах.

Достаточно посетить какое-нибудь предприятие в китайской провинции Гуандун, чтобы увидеть тысячи молодых людей, которые изо дня в день выполняют рутинную, монотонную работу, скажем, соединяя две части клавиатуры. Такую картину крайне редко доводится наблюдать в США или других богатых странах. Но и в Китае и остальном развивающемся мире подобные рабочие места не вечны – данные функции легко могут быть возложены на роботов. Умные машины становятся дешевле и совершеннее, они все чаще будут заменять человеческий труд, особенно на относительно структурированном производстве (т.е. на заводах) и там, где преобладают рутинные операции. Иными словами, передислокация производства – лишь промежуточная стадия на пути к автоматизации.

Аналогичная судьба ждет даже те страны, где труд стоит недорого. Так, в китайской компании Foxconn, которая собирает iPhone и iPad, работают более миллиона низкооплачиваемых работников, но сейчас она все больше дополняет или заменяет их труд огромной армией роботов. Многие виды ручного труда были переведены из США в Китай, но теперь они начинают исчезать и там. (Данные, свидетельствующие об этой трансформации, трудно не заметить. По официальной китайской статистике, количество производственных рабочих мест сократилось на 30 млн с 1996 г., или на 25%, при этом объем промышленного производства возрос на 70%, хотя отчасти это сокращение отражает изменение методики сбора данных.) Никто не гонится за дешевизной труда, и постепенно производство будет перемещаться туда, где находится конечный рынок, это позволит уменьшить сроки доставки, сократить затраты на складские помещения и, соответственно, увеличить прибыль.

Растущие возможности автоматизации угрожают одной из самых надежных стратегий, к которой прибегали бедные страны для привлечения иностранных инвесторов, предлагая низкие зарплаты, чтобы компенсировать низкую производительность труда и низкий профессиональный уровень. Подобная тенденция обещает выйти за рамки производственного сектора. Например, системы интерактивного голосового ответа уменьшают необходимость прямого взаимодействия между людьми, под угрозой окажутся колл-центры в развивающихся странах. Аналогичным образом все более надежные компьютерные программы берут на себя архивирование данных, которым раньше занимались в развивающихся странах. В самых разных сферах наиболее экономически эффективным источником "труда" становятся умные и гибкие машины, а не низкооплачиваемые люди в других странах.

Наказание капиталом

Если имеющийся в изобилии дешевый труд больше не является ключом к экономическому прогрессу, тогда что же нужно? Одни специалисты указывают на растущую роль капитала – материальных и нематериальных активов, которые в сочетании с трудом необходимы для производства товаров и услуг (оборудование, здания, патенты, бренды и т.д.). Как отмечает Томас Пикетти в своем бестселлере "Капитал в XXI веке", доля капитала в экономике увеличивается, когда уровень доходности капитала превышает общий уровень экономического роста, эту тенденцию он прогнозирует на будущее. "Углубление капитала" (снижение издержек за счет экономии труда, топлива, сырья и материалов. – Ред.), которое предсказывает Пикетти, будет ускоряться и дальше, пока роботы, компьютеры и программное обеспечение (как формы капитала) все в большей степени станут заменять человеческий труд. Есть факты, подтверждающие, что именно такая форма технологического переворота на основе капитала происходит сейчас в США и является мировой практикой.

В последние 10 лет исторически сложившееся в Америке соотношение между долями национального дохода, которые приходятся на труд и материальный капитал, кардинально изменилось. Как отмечали экономисты Сьюзан Флек, Джон Глейзер и Шон Спрейг в "Ежемесячном обзоре рынка труда", выпущенном Бюро трудовой статистики США в 2011 г., "доля труда в среднем составляет 64,3% по сравнению с периодом 1947–2000 годов. За последние 10 лет доля упала и достигла самого низкого показателя в третьем квартале 2010 г. – 57,8%". Последние шаги по возвращению производства из других стран, включая решение Apple производить новые компьютеры Mac Pro в Техасе, вряд ли изменят эту тенденцию, поскольку чтобы быть экономически эффективными, эти новые производственные объекты в США должны быть в значительной степени автоматизированы.

В других странах наблюдаются аналогичные тенденции. Экономисты Лукас Карабарбунис и Брент Нейман отмечают значительное сокращение доли труда в ВВП в 42 из 59 исследованных ими стран, включая Китай, Индию и Мексику. Описывая эти результаты, Карабарбунис и Нейман подчеркивают, что прогресс цифровых технологий – одно их важных звеньев данного феномена: "Падение относительной цены средств производства, которое часто связывают с развитием информационных технологий и компьютерной эры, заставляет компании переходить от труда к капиталу. Низкая цена средств производства лишь отчасти объясняет наблюдаемое падение доли труда".

Но если доля капитала в национальном доходе росла, то в будущем такая тенденция может оказаться под угрозой из-за появления новых вызовов капиталу – связанных не с возрождением сектора труда, а с самим же капиталом, вернее, с приобретающей все большую значимость его частью – цифровым капиталом.

В условиях свободного рынка дороже всего ценятся самые дефицитные средства производства. В мире, где такой капитал, как программное обеспечение и роботы, можно дешево воспроизводить, его предельная стоимость начинает падать, даже если большая часть этого капитала используется полностью. Чем больше добавляется дешевого капитала, тем быстрее снижается стоимость существующего. В отличие, скажем, от традиционных заводов, вводить дополнительно многие виды цифрового капитала очень дешево. Программы можно дублировать и распространять практически с нулевыми дополнительными издержками. А многие элементы компьютерного оборудования по закону Мура быстро и неуклонно дешевеют. Иными словами, цифрового капитала много, он имеет низкую предельную стоимость и приобретает все большее значение практически во всех отраслях.

Хотя производство становится все более капиталоемким, доходы, полученные владельцами капитала как группой, не обязательно продолжат расти относительно доли труда. Соотношение будет зависеть от конкретных особенностей производства, систем распространения и управления.

В первую очередь отдача определяется тем, какого средства производства особенно не хватает. Если цифровые технологии создают дешевую замену все большему количеству видов работ, непростые времена наступают для работников. Но если цифровые технологии заменяют капитал, то и владельцам капитала не стоит ожидать несметных доходов.

Технологический переворот

Какой ресурс будет наиболее дефицитным и собственно наиболее ценным в наступившую эру? Двое из нас (Эрик Бринолфссон и Эндрю Макафи) назвали ее "Второй эрой машин", в которую тон задает развитие цифровых технологий и связанные с ним экономические изменения. И уж конечно, не обычный труд или обычный капитал, а люди, которые смогут генерировать передовые идеи и инновации.

Люди такого полета всегда ценились в экономике и часто получали достойную прибыль от внедрения своих идей. Однако им приходилось делиться доходами с трудом и капиталом, которые выводят продукт на рынок. Цифровые технологии превращают обычный труд и обычный капитал в товар, поэтому все большую долю прибыли от идей будут получать те, кто их придумывает, внедряет и развивает. Люди с идеями, а не рядовые работники и инвесторы, станут самым дефицитным ресурсом.

Базовая модель экономистов, объясняющая воздействие технологий, рассматривает этот фактор как обычный мультипликатор, равномерно повышающий продуктивность. Эта модель используется в большинстве вводных курсов по экономике и закладывает общее – и до недавнего времени вполне разумное – представление о том, что волна технологического прогресса одинаково поднимет все суда, повысит производительность всех работников и, соответственно, оценку их труда.

Однако немного более сложная и реалистичная модель позволяет сделать допущение, что технологии не воздействуют на все средства производства одинаково, а дают преимущество одним перед другими. Например, технические изменения, основанные на уровне профессионализма, благоприятны для более квалифицированных работников, а капитал получает преимущество относительно труда от технических изменений, основанных на капитале. Оба этих типа технических изменений были важны в прошлом, но сейчас третий тип, который мы называем техническими изменениями, привнесенными "суперзвездами", совершает переворот в глобальной экономике.

Сегодня имеется возможность кодифицировать множество важных товаров, услуг и процессов. В результате их можно оцифровать, а следовательно и копировать. Цифровые копии практически не требуют затрат и мгновенно передаются в любую точку планеты, и это точное воспроизведение оригинала. Комбинация трех этих характеристик – чрезвычайно низкая стоимость, повсеместная доступность и абсолютная точность – ведет к удивительным последствиям для экономики. Там, где существовал дефицит, можно создать изобилие, и речь идет не только о потребительских товарах (например, аудио или видео), но и о средствах производства, в частности о некоторых видах труда и капитала.

Доходы на таких рынках подчиняются определенной схеме – степенному закону или кривой Парето, когда небольшая группа игроков получает непропорциональную долю прибыли. Сетевой эффект, при котором продукт становится более ценным, когда им пользуется больше людей, также способствует принципу "победитель получает все" или "победитель получает в свое распоряжение больше рынков". Возьмем Instagram – платформу, позволяющую делиться фотографиями, – как пример цифровой, сетевой экономики. Компанию создали 14 человек, которым не потребовалось большое количество неквалифицированных работников или значительный материальный капитал. Они создали цифровой продукт, процветание которого обеспечил сетевой эффект. Instagram быстро завоевал популярность и уже через полтора года был продан почти за 750 млн долларов – по иронии судьбы это произошло спустя несколько месяцев после банкротства фотокомпании Kodak, на пике деятельности ее персонал насчитывал 145 тыс. человек, а активы составляли несколько миллиардов долларов.

Instagram – яркий пример более общего правила. В большинстве случаев, когда усовершенствование цифровых технологий делает оцифровку продукта или процесса более привлекательной, "суперзвезды" наблюдают резкий рост своих доходов, в то время как отстающие и опоздавшие переживают трудные времена. Лидеры музыкального, спортивного и других рынков с конца 1980-х гг. также ощутили рост своего присутствия и доходов, прямо или косвенно используя аналогичные тренды.

Но трансформация затронула не только программы и медиа. Цифровой и сетевой эффекты проникают практически во все сферы экономики – от розничной торговли и финансовых услуг до производства и маркетинга. Это означает, что экономика "суперзвезд" затрагивает гораздо больше товаров, услуг и людей, чем когда-либо ранее.

Даже зарплаты топ-менеджеров теперь сопоставимы с гонорарами рок-звезд. В 1990 г. заработки топ-менеджеров в США в среднем были в 70 раз выше зарплат других работников, в 2005 г. они зарабатывали уже в 300 раз больше. В целом заработки топ-менеджеров следуют общей тенденции во всем мире, хотя от страны к стране есть некоторые различия. Здесь включаются такие факторы, как налоги, политическое регулирование, культурные и организационные нормы и даже простая удача. Но, как показали исследования одного из наших авторов (Бринолфссон), а также Хеллен Ким, рост обусловлен в определенной степени широким использованием информационных технологий. Технологии расширяют потенциальный охват, масштабы деятельности и возможности мониторинга для человека, принимающего решения, что повышает ценность хорошего топ-менеджера, учитывая возможные последствия принятых им решений. Прямое управление посредством цифровых технологий делает эффективного менеджера более ценным, чем раньше, когда функции контроля распределялись между большим количеством его подчиненных, каждый из которых следил за определенной, небольшой сферой деятельности. Сегодня чем выше рыночная стоимость компании, тем важнее попытаться найти самого лучшего менеджера, который ее возглавит.

Когда доходы распределяются в соответствии со степенным законом, у большинства людей они оказываются ниже среднего значения, поскольку национальные экономики в целом подвержены аналогичной динамике, такая схема проявится и на национальном уровне. Поэтому сейчас в США один из самых высоких в мире уровней ВВП на душу населения, хотя средний доход в основном переживал стагнацию на протяжении последних 20 лет.

Подготовка к перманентной революции

Движущие силы "Второй эры машин" отличаются мощью, сложностью и взаимодействием. Невозможно заглянуть в отдаленное будущее и дать точный прогноз, каким будет результат их воздействия. Но если люди, компании и правительства придут к пониманию того, что происходит, они по крайней мере смогут приспособиться и адаптироваться.

США, к примеру, имеют все шансы к тому, чтобы отыграть обратно часть бизнеса, поскольку вторая часть бизнес-плана Apple больше не работает, а технологии и производство вновь могут функционировать на американской территории. Но первая часть бизнес-плана окажется важнее, чем прежде, и это должно стать поводом для беспокойства, поскольку динамизм и креативность, сделавшие Соединенные Штаты самым инновационным государством в мире, могут подвести.

Благодаря стремительно развивающейся цифровой революции дизайн и инновации стали частью торгуемого сектора глобальной экономики и столкнутся с такой же конкуренцией, которая уже трансформировала сферу производства. Лидерство в дизайне зависит от уровня подготовки кадров и предпринимательской культуры, а традиционные преимущества США в этой сфере сокращаются. Когда-то Соединенные Штаты занимали первое место в мире по доле выпускников вузов среди работников с дипломом хотя бы младшего специалиста, сейчас они откатились на 12-е место. И несмотря на традиционное представление о предпринимательской активности в таких местах, как Силиконовая долина, данные показывают, что количество стартапов, где занято больше одного работника, сократилось более чем на 20%.

Если рассматриваемые тенденции относятся к разряду глобальных, то их локальный эффект будет отчасти определяться социальной политикой и инвестициями, которые страны вложат непосредственно в образование, а также в инновации и экономику в целом. На протяжении более ста лет американская система образования вызывала зависть во всем мире, универсальная школьная программа системы K12 и университеты мирового уровня обеспечили устойчивый экономический рост. Но в последние десятилетия начальное и среднее образование перестало быть однородным, качество зависит от уровня доходов в районе, часто делается упор на зубрежку.

К счастью, цифровая революция, которая трансформирует рынок продуктов и труда, вероятно, поможет внести изменения и в образование. Онлайн-обучение обеспечит доступ к лучшему педагогическому составу, содержанию и методам преподавания независимо от местонахождения учащихся, а новые подходы на основе конкретных данных упростят выявление сильных и слабых сторон учащихся и оценку их успеваемости. Таким образом будут созданы возможности для персонализированных программ обучения и постоянного самосовершенствования с использованием некоторых технологий обратной связи, которые уже изменили сферу научных открытий, розничную торговлю и производство.

Глобализация и технологические трансформации способны увеличить благосостояние и экономическую эффективность государств и мира в целом, но не принесут выгоды всем и каждому, по крайней мере в краткосрочной и среднесрочной перспективе. Обычные работники по-прежнему будут принимать на себя основной удар перемен, они получат выгоду как пользователи, но отнюдь не как производители. Это означает, что без дальнейшего вмешательства экономическое неравенство будет усугубляться и вызовет целый ряд проблем. Неравные доходы приведут к неравным возможностям, лишая государства доступа к талантам и подрывая основы общественного договора. Поскольку политическая мощь часто следует за экономической, это повлечет за собой подрыв демократии.

Перечисленные проблемы можно и нужно решать путем предоставления государством основных услуг высокого качества, включая образование, здравоохранение и пенсионное обеспечение. Именно это станет важнейшим фактором обеспечения реального равенства возможностей в стремительно меняющихся экономических условиях и растущей мобильности поколений по доходам, благосостоянию и перспективам.

Что касается стимулирования экономического роста в целом, серьезные экономисты пришли к единому мнению по большинству необходимых для этого мер. Основная стратегия проста в плане осмысления, но сложна с точки зрения принятия политических решений: увеличивайте инвестиции в госсектор в кратко- и среднесрочной перспективе, максимально повышайте эффективность этих инвестиций и проводите консолидацию бюджета в долгосрочной перспективе. Как известно, огромные доходы приносят государственные инвестиции в исследования в сфере здравоохранения, науки и технологий; в образование; в инфраструктуру, включая дороги, аэропорты, системы водоснабжения и канализации, энергетические и коммуникационные сети. Увеличение государственных расходов в этих сферах стимулирует экономический рост сегодня и обеспечит реальное благосостояние будущих поколений.

Если и в будущем, как в последние годы, цифровая революция не сбавит своих темпов, структуру современной экономики и роль самих усилий, предпринимаемых на рабочем месте, возможно, придется переосмыслить. Наши потомки как группа, возможно, будут работать меньше и жить лучше, но труд и соответствующее вознаграждение подвержены тенденции распределяться еще менее равномерно, что приведет к очень неприятным последствиям. Обеспечение устойчивого, планомерного и инклюзивного роста потребует больше усилий, чем обычный бизнес. А начать нужно с адекватного понимания того, как быстро происходят изменения и как далеко они зашли.

Эрик Бринолфссон – профессор менеджмента в Школе менеджмента Слоуна, Массачусетский технологический институт (МТИ).

Эндрю Макафи – главный научный сотрудник Центра цифрового бизнеса при Школе менеджмента Слоуна. Оба являются сооснователями "Инициативы по цифровой экономике" МТИ (Массачусетский технологический институт).

Майкл Спенс – профессор экономики и бизнеса в Школе бизнеса Стерна, Нью-Йоркский университет.

Оригинал публикации: New World Order

Опубликовано: 06/09/2014

Источник - inosmi.ru

http://www.centrasia.ru/news2.php?st=1409975940

ОБЛОМОВЩИНА И ОБЛОМОВЦЫ

Оригинал взят у domestic_lynx в ОБЛОМОВЩИНА И ОБЛОМОВЦЫ
Самое трудное – это думать. Кто пробовал – знает. Думать - в смысле находить выход из положения и достигать реального результата, а не просто перекатывать с ладони на ладонь гладенькие камушки готовых мыслей. Это-то как раз легко и просто, пляжное такое занятие. А вот если думать, как решить практическую задачу, то – трудно. Ещё не сразу и сообразишь, какую задачу решать. Может она и не задача вовсе, а решать надо совсем другую. Или она неверно сформулирована, а как верно и не разберёшь…

Потому и велик соблазн жить не своим, а чужим умом. Позвать велемудрых эдвайзеров и консультантов, чтоб научили, как жить. Как решать свои задачи. Оттого растёт и ширится во всём мире рынок консалтинговых услуг; иные граждане даже одёжу себе закупить не в силах без консультатнта по шопингу, не говоря уж о чём посерьёзнее. «Ведь всё знать нельзя, каждый должен заниматься своим делом, вот ты и занимайся, а уж мы тебе всё наладим и обустроим», - вкрадчиво нашёптывают все эти мириады платных советчиков.

И ведь нельзя сказать, чтобы они были уж совсем бесполезны. Какую-то – ограниченную - роль эти бесконечные советники и консультанты играют, но ими нужно уметь пользоваться. Главнейших правил, собственно, два: не давать им над собой воли и твёрдо понимать, чего ты хочешь достичь. Даже наоборот: во-первых, твёрдо понимать, чего ты хочешь достичь. Остальное – во-вторых, в третьих, в десятых. Хорошо бы ещё ознакомиться с плодами их высокоумия: ну, посмотреть на то, что получилось у других, которые уже воспользовались их советами. Но это уже высший пилотаж.

Если этого нет – толку не будет. Разведут тебя мудрецы на деньги и, в общем-то, правильно сделают: если ты не преследуешь и толком не осознаёшь свой интерес, то всегда найдётся тот, кто преследует свой. За твой счёт. Ещё, глядишь, и бизнес отнимут.

Это касается и небольшой компании, и большой страны.

Именно такая история произошла с постсоветской Россией четверть века назад и – что особенно прискорбно - продолжает происходить поныне. После Августовской революции Россия полностью доверила американцам реформирование своей экономики. И даже шире – целой страны. Всей жизни.

И даже ещё шире – полностью доверила Западу мыслительную работу. Все идеи, лежащие в основе нашей жизни и государственной работы, - заёмные, импортные. Работу мысли Россия полностью перепоручила Западу. А ведь всякое действие начинается в мысли, она – корень и исток всего.

Когда-то Андропов произнёс знаменитую фразу: «Мы не знаем общества, в котором живём и работаем». Как помочь делу, он не сказал, не успел. И вот в 91-м было решено, что ничего и знать-то не надо: ОНИ, светочи и учителя, всё знают, они за нас решат. В общем, надо вернуться на дорогу цивилизации, сделать, как и они учат – и дело с концом.

В те времена, чтобы парировать любые возражения, достаточно было произнести магическую фразу: «Во всех цивилизованных странах делается так» - и все тотчас почтительно умолкали. В результате произошло то, что в большом и малом неизменно происходит тогда, когда человек перестаёт заниматься своими делами, передоверяет их невесть кому и даже не пытается о них думать.

Произошло то, что должно было произойти: реформы были проведены не в интересах России, а в интересах Запада. И на Запад утекли и продолжают утекать наши ресурсы: минеральные, денежные, интеллектуальные. Всё сколько-нибудь ценное – от сырья до квалифицированных специалистов – прибирает к рукам Запад. И всё это элегантно и по всем правилам. Мы тут можем сколько угодно махать флагами и выкрикивать патриотические слоганы, а процесс-то идёт.

Существует масса версий, почему так произошло. Любят говорить о предательстве элит, о поражении в холодной войне, о системном кризисе экономики. Наверное, было и то, и это. Но настоящая, самая сущностная причина всех явлений, кажется мне, коренится в глубине человека. В данном случае – людей, принимающих государственные решения.

Откуда берётся это пагубная потребность довериться и передоверить?

Известный психоаналитик Эрик Фромм считал потребность в советчиках по всем вопросам проявлением перцептивной психологии – стремления получить все блага извне, а не в результате собственной активности. А я бы назвала по-нашему, по-русски – обломовщиной. «Слово это - обломовщина; оно служит ключом к разгадке многих явлений русской жизни, ” - писал по этому поводу забытый ныне Добролюбов. И он был прав. Что говорил незабвенный Илья Ильич проходимцу, который его едва не довёл до полного разорения? А вот что: “Да, я барин и делать ничего не умею! Делайте вы, если знаете, и помогите, если можете, а за труд возьмите себе что хотите: - на то наука!" Ровно с такими же словами мы подошли к западным светочам разума и прогресса. И уж они взяли за науку полной пригоршней – и продолжают брать. Наша зависимость от Запада только нарастает, и это объявлено объективным процессом глобализации. Сколько уж народов стонет под гнётом этой глобализации. После такой глобализации войны не надо.

Много ли они понимали – эти западные светочи в советском народном хозяйстве, как оно устроено, функционирует, управляется? Да ничего не понимали, и не особо скрывали это. Джеффри Сакс, лауреат нобелевской премии по экономике, не слишком таясь, рассказал в книжке «Конец бедности», как он и его товарищи консультировали команду Ельцина, а попросту – перестраивали российскую экономику на рыночный лад. Он прямо говорит: России и её хозяйства они не знали и думали, что это что-то вроде Польши, но в 16 раз больше.


Говорят, что это была вынужденная мера. А чем, позвольте полюбопытствовать, вынужденная? На момент начала реформ даже особого кризиса в экономике не было. Всё было как всегда, но, разумеется, требовалась работа по улучшению положения. Закон о кооперации открывал большие и конструктивные перспективы. «Надвигающийся голод», «продуктов осталось на неделю (месяц, полчаса)» - всё это были политические инсталляции и перфомансы. Это я могу сказать как работник торговли. После начала гайдаровских реформ всё немедленно появилось – буквально на следующий день. Значит, оно где-то было: чтобы привезти товары из-за границы, нужен месяц – со всеми процедурами: заказ, оплата, доставка, распределение по складам.

Так что вынуждена эта мера была одним – обломовщиной. Нежеланием заниматься своими делами. А это действует посильнее предательства. Вернее так: это оно и есть – предательство, предательство самих себя, своей жизни и интересов.

Меня часто подозревают в стремлении отгородиться от заграницы. Вовсе нет. Я с большим почтением отношусь к достижениям западной (а также и восточной) мысли. Народы постоянно обмениваются умственными достижениями. Даже русские матрёшки и итальянские макароны, которые считаются первейшими символами соответствующих народов, оказывается вовсе не ими придуманы. То и другое заимствовано в Китае. Но любая мысль, чтобы стать плодотворной – должна быть усвоена, переработана и творчески приспособлена к своей жизни. Она должна стать частью собственной мысли, обогатить и усилить её. Только при таком подходе чужие мысли нам не только не вредны, но и могут быть очень полезны.


К чему я об этом пишу?

У России появился шанс начать сбрасывать с себя умственное иго, которое прямиком ведёт к игу экономическому (не наоборот, как учит школярский истмат). И в этом нам, кажется, готов помочь Запад своими санкциями. Недавно прошла стороной очень важная информация. Депутат Госдумы Евгений Фёдоров готовит законопроект о списке т.н. «стран-агрессоров» – это те, что применяют санкции против России. И вот из этих стран, предлагает депутат, можно будет выгнать из России любую компанию.

И какие же компании предлагает Фёдоров в первую очередь выгнать? Консалтинговые!

Очень правильно. Во-первых, они стОят России 3 млрд долларов в год, а во-вторых (или, возможно, во-первых) они вкладывают в головы нашего руководства, кАк следует поступать, куда вкладывать деньги, а куда нет и т.п. Мы не вполне можем оценить их пагубную работу по промывке мозгов нашего руководства и высшего менеджмента – вернее сказать, не по промывке, а по загрязнению мозгов. Естественно, их идеи не на пользу России, а, очевидно, Америке. И это более, чем естественно. Я бы на их месте поступала точно так же. Но для нас, для России, привлекать наших геополитических противников к стратегическим решениям о том, как нам обустроить Россию – это всё равно что испрашивать у козла совета относительно капусты или приглашать лису к менеджменту курятника. Без них всё немедленно развалится? Нашим компаниям перестанут давать кредиты западные банки без аудита этих великих консультантов? Вот и хорошо! Пускай вкладывают прибыль в развитие, а не уводят её на тот же Запад, у которого кредитуются.

Ещё насущно необходимо выгнать иностранцев из системы образования. Это не так просто, потому что не всегда это заметно и очевидно, но – надо постараться. Наше экономическое образование – сплошь перепевы американского экономикса, социология, по сведениям, например известного социолога С.Г. Кара-Мурзы – полностью перепевы западной мысли 70-х годов. Высшая школа экономики нынче учит буквально всему – от журналистики до прикладной лингвистики. С чего бы такое рвение? Все диктаторы всегда стремились залучить на свою сторону молодёжь. Коллективный диктатор, что правит Россией, - хочет того же самого.

Вот на что ещё обратил внимание депутат Фёдоров. Оказывается (у нас всё как-то оказывается) стратегию для развития московского метрополитена делала консалтинговая компания McKinsey. Депутат считает, что они не предусмотрели достаточно контуров безопасности. Так это или не так – не знаю, а вот что пользоваться чужими мозгами – в высшей степени не безопасно – это бесспорно. Бывший киевский рабочий-кожевенник тов. Каганович как-то справился со стратегией, а мы всей силой государственной и технической мысли – ну, никак. Тов. Каганович, наверно, в гробу перевернулся, если до тех, дальних мест, где он нынче пребывает, дошло это известие.

Ницше писал когда-то, что не вокруг нового шума вращается мир, он вращается незаметно и бесшумно, а самые важные события проходят словно бы и незаметно. Так и об инициативе депутата Фёдорова никто не кричал и не трубил.

Но по тому, примут ли этот закон и, если примут, выгонят ли консалтинговые конторы, я сужу о том, начался ли долгий и трудный процесс нашего освобождения от западного морока и постепенного обретения суверенитета. Обретения себя. Если этот закон не будет принят и заболтается, значит, мы по-прежнему «холопы чужой мысли», по выражению В.Ключевского.

Мы вполне можем жить своим трудом и думать своим умом. Это не просто, но вполне посильно нашему многочисленному и вовсе не безрукому и не безголовому народу. Надо только отважиться и приступить к делу – «без отчаяния и без ребяческих надежд», как писал в статье «Что такое обломовщина» не изучаемый больше в школе Добролюбов. И правильно писал, даром что молодой был.

Очередной бред ЯСИНА и ВШЭ. Прошу проверить на вменяемость.

Тектонический сдвиг по фазе

Евгений Ясин предлагает поднять ставки кредитов предприятиям для промышленного роста   http://svpressa.ru/economy/article/77364/

Экономика России за девять месяцев выросла всего на 1,3%, оставив мало шансов осуществиться даже сниженному вдвое прогнозу правительства на этот год 1,8% (первоначально планировалось, что рост составит 3,6%). В связи с этим, снова остро встал вопрос о понижении ключевой ставки Банка России, чтобы дать предприятиям дешевые кредиты.

Однако бывший министр экономики, научный руководитель ВШЭ Евгений Ясин считает иначе. «Нам не нужен рост любой ценой, а тем более инфляция, которая в таких странах как наша, обычно сопровождает увеличение денежной массы, неизбежное при снижении ставок процента», - приводятся слова Ясина из анонса к радиопередаче «Тектонический сдвиг» на сайте Фонда Либеральной миссии.

По его словам, «если мы хотим добиться устойчивого экономического роста, то нужны другие решения, может быть, прямо противоположные». «Пора поднять ставки кредита, повысить эффективность инвестпроектов, в которые привлекаются заемные средства, причем, именно удорожание кредитов должно создавать стимулы для повышения эффективности, - утверждает Ясин. - Сейчас весь мир ищет возможность повысить ставки процента, оттолкнуться от дна, простимулировать инновации, которые при высоких ставках, скорее, могут протолкнуться и добиться успеха».

То есть, по его мнению, отсутствие денег у предприятий на развитие производства подтолкнет их к модернизации и внедрению инноваций. Конечно, такая монетарная политика «может поначалу вызвать даже снижение темпов экономического роста, или рецессию, но затем, когда сработают стимулы, придет очередь роста, более стабильного и долговременного», полагает Ясин.

О том, насколько реально бороться с замедлением экономического роста повышением ставок по кредитам для бизнеса, «СП» спросила у главного научного сотрудника Института экономики РАН, доктора экономических наук Никиты Кричевского.

- Честно говоря, я не понимаю, какими теоретическими выкладками руководствуются люди, когда предлагают повышать ставки по кредитам в условиях экономического спада в России. На самом деле надо делать как раз наоборот, так как в кризис уменьшается реализация продукции предприятиями и, соответственно, падает их выручка. А рост ВВП или экономический рост непосредственно связан с увеличением продукции за год, а не инвестиций. Инвестиции могут приносить прибыль, а могут и не приносить, но только через определенное время, например, через несколько лет, поэтому, когда мы говорим об их увеличении, мы имеем в виду лишь будущий экономический рост. Инвестиции – это одно из условий будущего роста экономики, наряду с благоприятной налоговой и денежно-кредитной политикой.

«СП»: - Как считает Ясин, повышение ставок по кредитам повысит эффективность инвестпроектов, и привлечет в них инвесторов. Что вы на это скажете?

- Мне совершенно непонятно, из какой бессонницы родилось такое парадоксальное, если не сказать бредовое заключение. Инвестор идет в те отрасли экономики, где прибыль предприятий до налогообложения выше, потому что рассчитывает получить больший доход на инвестицию, и исключить риск невозврата вложенных денег, за счет потери прибыли. А прибыль предприятий до налогообложения зависит прежде всего от размера затрат предпринимателя, которые растут, в том числе, за счет увеличения выплат по кредитам. И если стоимость кредитов растет, затраты увеличиваются, то уменьшается не только прибыль, но и доход на вложенные инвестиции. Поэтому, конечно, никакой инвестор в здравом уме и без принуждения не пойдет в такие проекты, так как за рубежом существует масса мест, где эти вложения принесут больший доход.

«СП»: - То есть, для того, чтобы подтолкнуть экономический рост, нужно делать прямо противоположное?

- На самом деле, первостепенная задача для достижения экономического роста – снижать проценты по кредитам для бизнеса, увеличивать кредитное предложение, поддерживать стабильную валютную политику. Чтобы не только иностранцы к нам приходили, но и наши инвесторы не уходили на Запад, как это происходит сейчас. А сегодня ничего этого не происходит. Хуже того, когда потенциальный инвестор знакомится с такими предложениями, которые идут в разрез с теоретической и прикладной экономикой, как наукой, они просто хватаются за голову. Потому что эти предложения исходят от тех людей, которые непосредственно участвуют в формировании экономической политики в России. И если подобного рода бредовые мысли посещают их умы, то делать в этой стране абсолютно нечего.

Центробанку вечно что-то мешает

Банк России, задавшийся целью любой ценой замедлить инфляцию до 5% в следующем году и «снизить инфляционные ожидания экономических агентов», на заседании совета директоров по денежно-кредитной политике, в очередной раз оставил без изменения ключевую ставку в 5,5%. При этом базовая инфляция в октябре составила 5,5% - что даже чуть ниже целевого ориентира ЦБ в 5,7%. Однако сезонные цены на продукты преподнесли неприятный сюрприз - вопреки хорошему урожаю они значительно выросли. В результате общий показатель инфляции повысился до 6,3%, против 6,1% в сентябре.

Между тем, драйвером экономического роста России, который наблюдался после дефолтного 1998 года, было именно увеличение денежной массы в экономике, которое происходило благодаря монетарной политике возглавляемого Владимиром Геращенко Центробанка. Благодаря этому происходило строительство новых заводов и модернизация старых производств. Сейчас же Банк России настолько увлечен «инфляционным таргетированием», что упорно не хочет снижать свои ключевые ставки, чтобы поддержать экономику, несмотря на настоятельные просьбы всего бизнес-сообщества. Как это сделал, например, Евроцентробанк, который несмотря на инфляцию, на днях опустил свою учетную ставку до 0,25%. Самое интересное в этом, что нынешняя глава ЦБ Эльвира Набиуллина, будучи на посту министра экономразвития, неоднократно заявляла, что Центробанк должен поддержать замедляющуюся экономику снижением ставок, но как дошло до дела…

Тем временем, как говорят специалисты сообщества «Монетарная политика РФ», процентные ставки по кредитам для отечественных предприятий сегодня составляют от 15% годовых - для крупных компаний, и до 24% - для среднего и мелкого бизнеса. Конечно, для «избранных» представителей бизнеса, связанных с чиновниками или госкомпаниями, ставки гораздо ниже, но не о них речь. При нынешней инфляции выше 6% годовых, такие ставки делают неконкурентоспособными все сектора отечественной экономики, которые конкурируют с импортом. Потому что импортеры кредитуются у себя в Европе под 3%-5% годовых, при инфляции около 2%.

Например, по данным Всемирного банка, реальные (минус инфляция) процентные ставки по кредитам для предприятий составляют: в США – 0,9% годовых, в Великобритании – минус 0,9%, в Японии – 2,3%, в Китае – 2,4%, а в Индии – 2,3%. В России же, по данным ЦБ, средневзвешенная процентная ставка по кредитам сроком на год составляет 11%. И если вычесть из нее годовую инфляцию в 6%, то получится реальная ставка 5%, что уже больше, чем во всем мире. Но здесь нужно учитывать и то, что, как говорят специалисты, на практике ставок 11% годовых в России нет (разве что «по звонку»), они начинаются от 15% и выше. При этом банки, когда выдают кредит, просят на каждый рубль кредита 2 рубля залога. А залог оценивается с дисконтом 0,5, то есть, реально на каждый рубль кредита банки требуют четыре рубля залога. Все это запредельно удорожает кредитование предприятий и не дает им развиваться, модернизировать производство, строит новые цеха и платить квалифицированным рабочим.

Ведь даже минимальная кредитная ставка 15% годовых удорожает инвестиционный проект в два раза за пять лет, а разницу оплачивает из своего кармана потребитель. И это главная причина того, что в России услуги и товары, такие как жилье, авиаперевозки, гостиничные услуги, аренда и так далее, в разы дороже, чем в той же Европе. Промышленность теряет ежегодно 100-150 тыс. рабочих мест, а сельское хозяйство - 60-70 тыс. работников. Таким образом, расплачиваются за все эти игры со ставками рядовые россияне, которые теряют работу и не могут прокормить семью.

В связи с этим нужно упомянуть и еще одно оригинальное предложение ВШЭ по части борьбы с падением производства.

Российская экономика работает неэффективно – с этим, наконец, согласились все высшие чиновники страны, включая президента и премьера. При этом впервые за долгие годы, главной причиной неэффективности была названа низкая производительность труда. И в качестве одного из способов ее повысить, экономисты из ВШЭ предлагают правительству отказаться от борьбы с безработицей, как рассказал «Ленте.ру» старший научный сотрудник лаборатории исследований рынка труда ВШЭ Сергей Солнцев.

В общем, судя по всему, в ВШЭ происходит просто какой-то «тектонический сдвиг по фазе» - ее сотрудники предлагают идеи, полностью противоречащие всем теориям экономического роста. Но эти предложения, видимо, вполне укладываются в рамки «либеральной миссии» экономистов в России.

Двойственные оценки основных показателей развития российской экономики в 2001-2010 г.г.

Оригинал взят у ochevidec2007 в Двойственные оценки основных показателей развития российской экономики в 2001-2010 г.г.
".. Данные экс-директора НИИ статистики, сведенные в одну таблицу под названием «Двойственные оценки основных показателей развития российской экономики в 2001-2010 гг.», производят шокирующее впечатление». Смолин представил их со своими комментариями на страницах «Советской России»...
- Национальное богатство России. Официально: $4,0 трлн. Фактически (по данным НИИ статистики Госкомстата России): $40 трлн. Занижение в 10 раз, комментирует Смолин, нужно властям для того, чтобы за бесценок распродавать олигархам и иностранцам остатки бывшей общенародной собственности, а заодно вдалбливать населению, что мы живем не хуже, чем работаем.

- Инфляция в среднем за год. Официально: 6-8%. Фактически: 18,27%. ...
- Инфляция в среднем за год. Официально: 6-8%. Фактически: 18,27%....
- Разрыв в доходах 10% самых богатых и 10% самых бедных. Официально: 16 раз. Фактически: 28-36 раз....
- Разрыв в уровне валового внутреннего продукта по регионам. Официально: 14 раз. Фактически: 42 раза. В социальном плане Россия давно перестала быть единой страной, пишет Смолин. Если Москва живет на уровне Чехии, то Республика Тыва – на уровне Монголии....
- Доля населения, принадлежащего к социально деклассированным группам, в % к общей численности населения. Официально: 1,5%. Фактически: 45%....
- Удельный вес убыточных предприятий. Официально: 8%. Фактически: 40%....
- Степень износа основных фондов, в %. Официально: 48,8%. Фактически: 75,4%. Если Бог хочет наказать человека, отнимает разум, пишет Смолин. Похоже, с российской властью это уже произошло. Какое может быть вступление во Всемирную торговую организацию (ВТО), когда износ основных фондов составляет 3/4? Для экспорта сырья ВТО не требуется, а больше экспортировать России пока нечего....
- Доля иностранного капитала в экономике России, в %. В целом - официально: 20%. Фактически: 75%, в т. ч.:
– в имуществе. Официально: 25%. Фактически: 60%;
– в прибылях. Официально: 21%. Фактически: 70%;
– в акциях. Официально: 18%. Фактически: 90%.
«Это и есть, господа, - вопрошает Смолин, - ваша суверенная демократия? Если данные НИИ статистики верны, в экономическом смысле мы превращаемся в колонию под громкие крики, что встаем с колен!»...
- Реальные затраты на модернизацию, в млрд рублей. Официально: 750. Фактически: 30....
..." http://www.km.ru/v-rossii/2011/11/14/ekonomicheskaya-situatsiya-v-rossii/obnarodovana-shokiruyushchaya-pravda-ob-isti#.UoEarWZVT45.facebook
----------------------

"Основы социологии"
http://dotu.ru/2010/04/10/20100410-bases-of-sociology_full/

(no subject)

Александр Айвазов

ВОИНСТВУЮЩЕЕ НЕВЕЖЕСТВО

Наветы, передергивания, ложные доносы – вот методы, которыми радикал-либералы ведут борьбу с академиком Глазьевым
Год назад у берегов Италии наскочил на рифы и опрокинулся один из крупнейших (входящий в Топ-10 самых больших круизных судов в мире) лайнер «Коста Конкордия». Российская экономика, тоже входящая в Топ-10, пока еще не опрокинулась, как «Коста Конкордия», но уже «села на мель».
Как утверждает Всемирный банк, экономика РФ больше не может развиваться прежними темпами: потребительский спрос падает, инвестиционный тоже, несмотря на масштабные инвестиционные проекты государства, связанные с олимпийской стройкой. Известный финансист Джордж Сорос на Давосском форуме дал такую характеристику российской экономике: «Это разваливающаяся экономика... Лучшее, что могут делать инвесторы в нынешних условиях, – не инвестировать в Россию вовсе».
«Коста Конкордия» потерпела крушение, так как был выбран неверный курс корабля, а почему «села на мель Россия» и как ей выбраться с этой мели и продолжить свое плавание дальше по бурным водам мировой экономики – вот в чем вопрос.
Российские либералы уже предложили свою «Стратегию 2020», суть которой сводится к предложению продолжить прежний курс либеральных реформ и открытости российского рынка перед западными транснациональными корпорациями и банками. Но именно этот курс жестоко потрепал корабль российской экономики в штормах 1998-м и 2008 гг. и, в конце концов, посадил ее на мель. Научный совет РАН по проблемам евразийской экономической интеграции, модернизации, конкурентоспособности и устойчивому развитию, возглавляемый советником президента В.В. Путина академиком Сергеем Глазьевым, выступил со своим предложением, основанном на резком увеличении государственных инвестиций в экономику страны, отстаивании финансового суверенитета и независимости от иностранного капитала.
Тут же либералы всех мастей принялись очернять и охаивать программу РАН и самого академика С. Глазьева. «Тяжелая артиллерия» рыночных фундаменталистов дала залпы из своих отборных крупнокалиберных орудий: сначала отстрелялся главный приватизатор и «эффективный менеджер» А. Чубайс, затем – «лучший министр финансов» А. Кудрин. А недавно к травле Глазьева, вслед за Чубайсом и Кудриным, присоединился бывший руководитель Банка России Сергей Дубинин, который разместил в газете «Ведомости» статью под названием «Речь идет о коренной ломке всей экономической системы страны» (а как можно «снять Россию с мели», без коренного изменения ее экономического курса? – А.А.), а затем дал пространное интервью Евгении Альбац на «Эхе Москвы». Эти статья и обсуждение были посвящены критике предложений перехода, по мнению С. Дубинина и Е. Альбац, – к государственному монополистическому капитализму, апологетом которого якобы и выступает вышеназванный Научный совет РАН.



КТО ЖЕ ЗАНИМАЕТСЯ «ЛЫСЕНКОВЩИНОЙ»?
Когда читаешь статью Дубинина, просто диву даешься, как автор передергивает и подтасовывает факты, как перемешивает правду с кривдой, а главное, демонстрирует дремучее невежество в вопросах современного мирового экономического развития. Его взгляд на мир предельно контрастен и лишен полутонов – для него существуют только либеральные Россия и Запад, а также одиозные с его точки зрения фигуры Сталина и Ивана Грозного (Альбац добавляет сюда еще и Гитлера), которыми они пытаются запугать сограждан. С тем, что «Россия села на мель» и ее экономический рост застопорился, не спорит даже г-н Дубинин. Проблема заключается в том, как российской экономике выбраться из этой ситуации. «Без технического перевооружения, без роста производительности труда в три раза, без нового качества продукции добиться этого будет невозможно», – с этим утверждением Дубинина трудно не согласиться. Весь вопрос заключается в том, каким способом решать эти проблемы.
Дубинин в статье приводит три стратегии ее решения. Первую стратегию отстаивает министр экономического развития А. Белоусов, считающий, что единственным реальным инвестором, который не станет терять время, – а оно и так на исходе, – на оценку рисков и окупаемости инвестиций, может быть только государство. Основным источником инвестиций, по мнению А. Белоусова, может быть в основном бюджет и резервные фонды, управляемые государственными агентствами и компаниями. Второй, либеральный, подход отстаивают авторы «Стратегии 2020», считающие, что главными инвесторами должны быть представители частного российского и иностранного капитала, а «иностранные деньги придут к нам только после того, как их владельцы увидят, что россияне у себя на родине инвестируют много и с высокой отдачей, а их собственность защищена законом, практикой судов и полицией». Но вот уже 20 лет российские либералы уповают на то, что частный бизнес начнет наконец-то инвестировать в развитие российской экономики, а он строго по законам рыночной экономики идет в сырьевые отрасли или вообще убегает из РФ.
Дубинин утверждает, что между этими стратегиями «нет неразрешимого противоречия», хотя любой здравомыслящий человек легко увидит, что они диаметрально противоположны друг другу: в первой стратегии главный инвестор – государство, а исполнители – государственные компании, во второй – это российский и иностранный частный капитал. А третью стратегию Дубинин сначала максимально извратил, а потом извращенный вариант принялся усиленно высмеивать. «Выпустить длинные какие-то кредиты ЦБ, – насмехается над предложениями Глазьева Дубинин. – Длинные – потому что они будут представляться не на короткий отрезок времени, а лет на 15-20. Дали кредит, через 20 лет верни. При этом они должны быть почти с нулевой процентной ставкой. То есть дешевые деньги надолго. И вот тогда якобы зацветет наша экономика и все начнут эти деньги вкладывать в какие-то очень крупные инвестиционные проекты. Это вопреки всему тому, что имеется у нас в стране как опыт собственной жизни (сидения на «мели» А.А.), вопреки законам рыночной экономики. Потому что в общем, инвестиции происходят за счет самих же корпораций и с привлечением корпорациями денег, скорее всего, через облигационные займы, а не через кредиты. Кредиты банков это оборотные средства». «Это даже скорее не маниловщина, а лысенковщина», – утверждает Дубинин.
Суть предложений С.Ю. Глазьева заключается в том, что основным источником длинных денег в России должно стать государство в лице Банка России, который обязан отвечать не только и не столько за уровень инфляции (это вопрос вторичный), сколько за темпы развития российской экономики, как это обязаны делать ФРС США, центробанки Китая и Японии. Эти предложения полностью соответствуют финансовой политике развитых стран, как ее характеризует старший вице-президент Росбанка, д.э.н. М.В. Ершов: «В результате преобладающей становится картина, при которой монетарные власти (ЦБ и Минфин) формируют мощный пласт целевых «длинных» денег в соответствии с приоритетами экономической политики (ипотека, малый бизнес, региональные программы и т.д.). Дополняясь иными источниками «длинных» денег (пенсионных, страховых и т.д.). В итоге формируется мощная среда, которая существенно расширяет возможности для инвестиций».
С. Дубинин же априори утверждает, что инвестиции западными корпорациями осуществляются исключительно за счет привлечения облигационных займов, а кредиты используются только на оборотные средства. М. Ершов, проанализировав огромное количество западных источников и горы статистического материала, утверждает, что львиную долю длинных денег для инвестиций западные корпорации получают от центральных банков своих стран. Именно это и предлагает сделать в России академик Глазьев. Кто же занимается «лысенковщиной»: Глазьев или Дубинин?
И после этого г-н Дубинин, не моргнув глазом, утверждает, что «всем своим оппонентам авторы позиции №3 предпочитают не возражать на профессиональном уровне, а клеить политические ярлыки и обвинения». А кто же тогда обвиняет своих оппонентов в «лысенковщине» – Глазьев или все-таки Дубинин?



А СУДЬИ КТО?
Далее автор статьи обвиняет С. Глазьева, что в соответствие с его стратегией «не надо особенно заботиться о наращивании бюджетных ненефтяных доходов». Ну, а на что С.Глазьев предлагает направлять эти эмитированные деньги, если не на ускоренное развитие российской экономики, которое и обеспечит прирост ненефтяных доходов бюджета?
По мнению Дубинина, Глазьев «не разбирается в денежной политике», а Алексей Кудрин даже «назвал его последним советским экономистом, говоря о том, что Сергей Глазьев не очень разбирается в современной экономике и в современной рыночной экономике». А сами-то господа Кудрин и Дубинин разбираются «в современной рыночной экономике»? В Евангелии от Матфея сказано: «По плодам их узнаете их... Так всякое дерево доброе приносит и плоды добрые, а худое дерево приносит и плоды худые...». Посмотрим, какие «плоды» приносят эти «деревья».
С. Дубинин был уволен с поста исполняющего обязанности министра финансов РФ после черного вторника 11 октября 1994 года, когда произошло обвальное падение курса рубля на ММВБ. В докладе, подготовленном специальной комиссией, говорилось, что основной причиной обвала явилась «раскоординированность, несвоевременность, а порой и некомпетентность решений и действий федеральных органов власти». А кто должен был их координировать, если не Минфин, который возглавлял Дубинин?
В 1995 году наш непотопляемый «выдающийся финансист» стал председателем ЦБ РФ, а в сентябре 1998 года был вновь освобожден от занимаемой должности после дефолта 1998 года, который обеспечили совместными неквалифицированными действиями ЦБ, возглавляемый Дубининым, и Минфин во главе с А. Чубайсом и А. Кудриным. Кстати, в 1997 году А. Чубайс был назван британским журналом Euromoney «лучшим министром финансов года» (с формулировкой «за вклад в успешное развитие экономики своей страны»), именно за этот «вклад» Россия через год и поплатилась дефолтом. Но Чубайс, почуяв, к чему ведет его некомпетентная финансовая политика, заранее еще в ноябре 1997 года сбежал из Минфина.
Возможно, на него подействовали предупреждения С.Глазьева, который за год до краха финансовой системы страны выступил с докладом о надвигающейся финансовой катастрофе, предложив правительству и ЦБ конкретные меры по ее предотвращению. В феврале 1998 года С. Глазьевым был инициирован законопроект о чрезвычайных мерах по преодолению бюджетного кризиса, принятие которого позволило бы предотвратить надвигавшуюся финансовую катастрофу. Проект закона был поддержан Государственной Думой, но отвергнут правительством, руководители которого решили играть в «финансовую пирамиду» ГКО до конца – слишком велики были доходы, получаемые на этом разорении бюджета. Во время обсуждения законопроекта, который инициировал С. Глазьев, «великий финансист» С. Дубинин призывал плюнуть ему (Дубинину) в лицо, если рубль обвалится, но в цивилизованных странах не плюют в лицо, зато сажают за это в тюрьму, а у нас пересаживают из ЦБ в РАО ЕЭС, куда вслед за Чубайсом плавно переместились и Дубинин с Кудриным.
А ведь было за что посадить и в тюрьму: 17 мая 1998 года А.Чубайс принял участие в заседании мировой финансовой элиты пресловутого Бильдерберского клуба, через месяц – 17 июня Ельцин назначает его спецпредставителем Президента РФ по связям с международными финансовыми организациями, а еще ровно через два месяца – 17 августа – разразился дефолт, решение об объявлении которого, по данным СМИ, принимали «великие либеральные экономисты» Чубайс, Гайдар и Дубинин. Дефолт был объявлен в понедельник 17 августа, а в пятницу 14 августа 1998 года МВФ перевел России транш в 4,8 млрд долларов, который случайно испарился в неизвестном направлении. 19 марта 1999 года в газете New York Times министр финансов США Роберт Рубин утверждал, что «займ в размере 4,8 миллиарда долларов, выделенный МВФ России 14 августа 1998 года, возможно, был использован на другие цели неподобающим образом. Точнее, расхищен окружением президента Ельцина». А кто осуществлял все финансовые связи с МВФ? Чубайс, Дубинин и Кудрин, который, по данным итальянской газеты La Repubblica, нещадно давил на МВФ, требуя перевести транш в 4,782 млрд долларов только на счета американского Federal Reserve Bank, с которого они потом и исчезли в неизвестном направлении.
Но вот в чем г-н Дубинин действительно преуспел, так это в рвачестве. «В 1997 году на заработную плату сотрудникам Центробанка истрачена сумма, равная 2% федерального бюджета и сопоставимая с суммой расходов, затраченных на все государственное управление. Сам С.Дубинин получил в 1997 году совокупный валовой доход почти 1,3 млрд рублей, который был равен заработной плате 210 министров и депутатов небольшого города» (см. «Википедию»). Эти повышения зарплат и доходов происходили в преддверии дефолта 1998 года, который обрушил экономику России. И только такой профессионал, как В.Геращенко, вместе с премьер-министром Е.Примаковым и его замом Ю.Маслюковым вытащили страну из болота, в которое ее загнали Дубинин, Кудрин и Чубайс, благодаря своей некомпетентности и непрофессионализму.
Особенно хочется отметить «заслуги» перед Отечеством другого «выдающегося финансиста», бывшего министра финансов А. Кудрина, который неоднократно признавался лучшим министром финансов года. Характерно, что лучшим министром финансов года он признавался исключительно британскими финансовыми журналами, а Великобритания – это оплот мирового финансового капитала. Так что, какому «Отечеству» он служит, – большой-большой вопрос. Но этот «выдающийся» министр финансов не мог спрогнозировать кризис 2008 года, а «не очень разбирающийся в современной рыночной экономике» С.Глазьев еще в 2007 году предупреждал о неизбежном начале мирового кризиса, так как основной причиной этого кризиса является вхождение мировой экономики в понижательную волну большого Кондратьевского цикла. «Великий» же министр финансов Кудрин еще в начале 2008 года утверждал, что «Россия – это остров стабильности» в мировой экономке. Но уже через год этот «остров стабильности», благодаря некомпетентной финансовой политике А.Кудрина, глубже всех основных стран мира утонул в бурных водах мирового экономического кризиса.
«Хорошо разбирающиеся в современной рыночной экономике» А. Кудрин и С. Дубинин понятия не имеют о теории циклического развития нашего выдающегося соотечественника Н.Д. Кондратьева, без чего невозможно разработать правильную стратегию преодоления кризисов понижательной волны, которая продлится до 2020 года. А выход из понижательной волны Кондратьевского цикла обеспечивает формирование кластера базисных инноваций нового технологического уклада (ТУ). Теорию формирования ТУ разработали независимо друг от друга С. Глазьев, японский профессор М. Хироока и работающая в Англии К. Перес из Венесуэлы. Этот кластер шестого ТУ формируется в настоящее время на базе нано- и биотехнологий, генной инженерии, а также информационно-коммуникационных технологий.
Понятия не имея о законах инновационного развития, г-н Дубинин любит порассуждать о создании работающего механизма «инноваций, которые будут сами себя воспроизводить». Большей ахинеи мне еще не приходилось слышать ни от кого. Инновации сами себя не воспроизводят, их создают так называемые «пионеры-первооткрыватели», такие как Генри Форд, создавший конвейерное производство, Стив Джобс и другие. Причем некоторые инновации ждут своего часа от 10 до 110 лет. Теорию инновационного развития разработали Йозеф Шумпетер, Герхард Менш и другие всемирно известные экономисты. Г-ну Дубинину стоило бы почитать, если не этих авторов, то хотя книги того же С.Ю. Глазьева или С.М. Меньшикова, в которых подробно проанализированы теории инновационного развития за последние 100 лет.



КУДА ИДЕТ МИРОВАЯ ЭКОНОМИКА?
Но главное, что показали статья С. Дубинина и его интервью Е. Альбац, так это полное непонимание основных фундаментальных закономерностей мирового экономического развития. С. Дубинин утверждает, что нам «предлагают рецепты из прошлого. Речь явно идет об изменении не просто инвестиционной политики, а о коренной ломке всей экономической системы нашей страны. От рынка нас призывают вернуться к чему-то похожему на директивное планирование». Но если бы г-н Дубинин хоть чуть-чуть разбирался в основных процессах мирового капиталистического развития и был бы знаком с работами Ф. Броделя и Дж. Арриги, то он бы знал, что мировая экономика в настоящее время переживает тяжелый период коренной ломки самой модели экономического развития и перехода с Американского на Азиатский системный цикл накопления капитала. Точно так же как в процессе Великой депрессии был осуществлен переход от Британского к Американскому, а в начале XIX века – от Голландского к Британскому циклу накопления капитала.
Каждый из этих системных циклов накопления проходит три этапа. Первый этап – это зарождение новой модели экономики в условиях господства старой, как писал Ф. Бродель: «осень» одного цикла, одновременно является «весной» другого. Второй этап – это этап материальной экспансии, когда новая модель экономического развития устанавливает свое полное господство в мировом производстве. Третий этап – это этап финансовой экспансии, или «осень» этой модели, когда конкурентная борьба создает перенакопление производственного капитала, приводящее к падению средней нормы прибыли, и большая часть высвободившихся капиталов устремляется из производственной сферы на финансовые рынки, надувая там финансовые пузыри. «В истории были длительные периоды, когда финансовые центры обладали реальной властью. Но были и времена, когда ею обладали те, кто производит реальные товары – фермеры и горнопромышленники» (Джим Роджерс).
К середине XIX века за счет перехода к механическим станкам и паровому двигателю Британия стала промышленной фабрикой мира, а к концу этого века Британская империя перешла уже к финансовой экспансии. Этот период даже получил название эпохи Ротшильдов. После первой мировой войны во время Великой депрессии в лидеры мирового развития вышли США, мощно развившие материальное производство на основе конвейера и двигателя внутреннего сгорания, превратившись в главного индустриального гиганта капиталистического мира.
В период кризисов 1970-х гг. произошел переход к этапу финансовой экспансии, когда значительная часть материального производства была перенесена в страны с низкими издержками (Восточная Азия). Сами же США начали надувать финансовые пузыри. Но пока они надували финансовые пузыри, сначала Япония, за нею «азиатские тигры» (Южная Корея, Тайвань, Сингапур и Гонконг), а затем и Китай, превратили Восточную Азию в «главную фабрику XXI века», сформировав Азиатский цикл накопления капитала, который будет господствовать в мировой экономике ближайшие 30-40 лет.
Бывший партнер Дж.Сороса, известный инвестор и миллиардер Джим Роджерс очень точно охарактеризовал этот процесс: «Если вы были умны в 1807 году – вы переезжали в Лондон, если вы были умны в 1907 году – вы переезжали в Нью-Йорк, но если вы умны в 2007 году, то вы переезжаете в Азию». То есть переезжали оттуда, где «осень» системного цикла накопления капитала переходит в «зиму» с кризисами и потрясениями, туда, где «весна» переходит в «лето», где осуществляется основное накопление капитала, то есть в Восточную Азию: Китай, Японию, Южную Корею и т.д. А «выдающийся финансист» С.Дубинин, в отличие от скромного миллиардера Джима Роджерса, решил остаться там, где «зима» и «лютая стужа» – в Американском цикле накопления капитала. Он, как обосновался там в 1990-х гг., так и уходить оттуда не хочет, да еще и Россию тянет не вперед, а назад – в прошлое. Спасибо, г-н Дубинин, Россия сыта по горло вашими «беспредельными девяностыми»!



СОВЕРШЕННЫЙ КАПИТАЛИЗМ
Но переход с Американского на Азиатский цикл накопления капитала отнюдь не означает лишь чисто географические изменения – меняется сама сущность модели капиталистического накопления. В Восточной Азии совершенно иной, азиатский способ производства, который основан не на индивидуализме частного собственника и жестокой конкурентной борьбе, как в западной модели, а на коллективизме и солидарности. На Западе в слове «Я» заключен смысл: «индивидуум», «личность». В японском языке слово «дзибун» – эквивалент западного «Я» – означает «моя доля», «моя часть». У японцев нет демократии, у них есть «вамократия», где иероглиф «ва» означает гармонию, согласие. Один американский бизнесмен, изучавший положение дел в японской промышленности и науке, с удивлением отмечал: «Каждый из 10 средних американцев на голову выше каждого из 10 японцев, но 10 японцев всегда на голову выше 10 американцев!».
Япония еще в 1970-80-х гг. создала фундаментально отличную от западной экономическую систему, новую и более совершенную модель капитализма. Японское правительство в лице Министерства международной торговли и промышленности определяло стратегические направления и точки роста отраслей для занятия ниш мирового рынка, именно в эти направления канализировались основные усилия государства. Компании этих отраслей, имея государственную поддержку (мягкие и длинные кредиты под государственную гарантию), не заботились о рентабельности в краткосрочном плане, а целенаправленно наращивали свою долю на мировом рынке, выдавливая иностранных конкурентов. Рост экономики определялся стратегическими решениями правительства, благодаря чему усилия и ресурсы концентрировались на отдельных отраслях и фирмах, а остальные сектора экономики двигались, ориентируясь на эти отрасли.
«Азиатские тигры» в 1990-х гг. продолжили развивать эту новую и совершенную модель капитализма, а в 2000-х к ним присоединился и Китай. Мартин Вольф в 2003 году писал в Financial Times: «Япония показала, каким может оказаться будущее Азии. Но Япония слишком мала и занята лишь собой, чтобы влиять на мир. Не таков идущий следом за ней Китай… Европа – это прошлое, США – настоящее, а Азия во главе с Китаем – это будущее мировой экономики».
Но после кризиса 2008 года США, как и Европа, – это уже прошлое мировой экономики, а Азия – это ее настоящее и будущее. И если г-н Дубинин все еще зовет нас в прошлое, то академик Глазьев предлагает нам, не оглядываясь на прошлое, идти вперед – в будущее. Сравните его предложения, которые высмеивает г-н Дубинин, с характеристикой совершенной модели капитализма, которая сформировалась в Японии, а сейчас развивается в КНР – это близнецы-братья. А г-н Дубинин со свойственным ему воинствующим невежеством называет Азиатский цикл накопления капитала – «лысенковщиной».

http://www.globoscope.ru/content/articles/3059/   Впервые опубликовано в журнале "Однако"